Костер громко треснул, и просел под своим весом, заставив всех, кто сидел вокруг встрепенуться и с ожиданием посмотреть на оракула. Это ли не знак?

Тот прикрыл глаза и вцепился обеими руками в талисманы на шее. Там было все. И винтовочный патрон с насечками, и засушенный палец человека, обычные неказистые поделки из дерева на веревочке и пучки трав в виде карикатуры на человека.

Оракул наклонился к костру, набрав полную грудь дыма. Задержал дыхание и медленно, с удовлетворением выдохнул. Надышавшись дымка от сгоревших грибов и трав, он заговорил.

– Двуглавая богиня Маву откликнулась на мой зов. Первопредки смотрят на нас. Они говорят, что впереди нас ждут испытания и только сильные духом выживут, а трусы и предатели умрут, сожранные змеями.

В эту ночь банда спала вполглаза. Всех одолевали мрачные предчувствия.

Второй день их похода не принес так желаемого людьми облегчения. Выспаться не удалось, а командиры гнали их вперед, словно не замечая, как теряют одного человека за другим.

К поселению кровников вышли после обеда. На разведку отправились лучше следопыты и охотники. И вот они начали возвращаться.

– Что узнали?

Матубай был мрачен. Этот поход показал, что они слишком расслабились, привыкнув ходить на охоту за слабой добычей. Люди забыли, что такое настоящий лес Гааг - Ра. Из семи бригад и ста сорока человек в строю осталось только девяносто семь. Если бы не последняя встреча со стаей летающих тварей, унесших в своих лапах больше трех десятков человек...

Охотники стали рассказывать что видели. Гамюка их не перебивал, но был мрачен, как и Матубай. Ему все это не нравилось.

– Дым из печей. Люди вооружены, но ходят без опаски. На лес не оглядываются.

– Боевых дронов немного. Всего десять. Мы легко их уничтожим снарядами из реактивных гранатометов.

Выслушав разведчиков, Матубай обратился к своему лучшему человеку.

– А ты что скажешь, Гамюка?

– Не нравится мне это. В прошлый раз, здесь было больше дронов, чем есть сейчас. И людей больше. Где люди? Где дети? Что-то не так, Матубай. Думаю, они нас ждут.

В воздухе повисло напряженное молчание. Гора задумался.

Тишину нарушил один из охотников.

– Чушь, - возразил он Гамюке.
– Мы бы заметили засаду. Не знаю, что ты тут делал три месяца, пока тебя не было, но хватку ты потерял, старый друг. Уже боишься стариков и детей? Где твоя гордость?

– Заткнулись все, - приказал Матубай злым голосом.

Гамюке он доверял. И верил его предчувствиям.

Вот она казалось, деревня, чьи люди посмели плюнуть ему в лицо. Еще один шаг и она будет в его руках. Но чутье твердило Матубаю что надо уходить, что это ловушка и он сделал свой выбор.

– Уходим.

Гамюка посмотрел в небо и спокойно сказал.

– Поздно.

***

Когда меня остановили на выходе из двигательного отсека и попросили ответить на важный вопрос, я только пожал плечами и выслушал незнакомую девушку, гадая, кто она такая.

Вопрос ее звучал так.

– Вы не знаете, что будет, если вычесть квадратный корень из облака, будет ли в этом случае эффективна теория Дарвина и подешевеют ли продукты на основе молока по итогу наших действий?

Пытаясь осознать, что она мне сказала, я неожиданно понял кто она такая. Эта молодая женщина - Роза, жена Константина, которую вернули к жизни, превратив вычислитель обратно в человека.

Когда мама сказала мне, что она будет странной и за ней нужно приглядывать, она приуменьшила величину проблемы.

Молодая девушка лет двадцати пяти или семи, потеряв ко мне интерес, и не дождавшись от меня внятного ответа, стала рассматривать рисунок оставленный ржавчиной на переборке позади неё.