Думаю, посмотри кто со стороны, он бы перепутал мою улыбку с оскалом.

– А кто тут у нас? Иди сюда.

Я взял кошку на руки и посмотрел ей в глаза.

– Будем дружить?

Она осторожно лизнула мою ладошку, в которой я недавно держал мидию и мяукнула.

То, что это девочка я определил по морде. У Мурзика она тупая, агрессивная, а у нее узкая, сердечком.

– Я назову тебя Кара Мурзика. Только тс-с-с. Никому. Сократим твое имя до Кара. Будем знать только ты и я.

Вернувшись к костру, я показал кошку деду. Он усмехнулся, сразу поняв мою затею и ушел в воду и дальше присматривать за детьми. А я, взяв из котелка несколько устриц, стал кормить отощавшую девочку с рук. Вскоре Кара заснула, и я отнес ее в рубку 'Вепря', уложив спать в кресло капитана.

День подошел к концу. Мы возвращались. Добычи было много. Ребята набрали десятки мешков морепродуктов и медуз. Обожглись не раз, но азарт взял свое. Они летели победителями, меряясь между собой добычей. У кого больше мешков, чей гребешок крупней. Хороший день. Хорошее настроение.

Глава 16

Тишину леса разорвал гул множества моторов. Над самыми кронами деревьев летел целый флот ботов, челноков и шаттлов. Под покровом ночи, они остановили свой полет и начали высаживать пассажиров.

До деревни Добрые пчелы оставалось лететь сто километров.

– Мы не далеко высадились, Гамюка?

– В самый раз, босс. Скорость пешего человека в лесу пять километров в час. За два дня доберемся. И будем уверены, что они нас не заметят. Это сейчас важнее комфорта.

Матубай вздохнул и махнул своей огромной рукой охране.

– Разбиваем лагерь. Заночуем и выступим в путь с самого рассвета. Выставите часовых.

Люди зашевелились. С собой Матубай взял семь бригад, по двадцать человек в каждой. Одна бригада осталась дома, на случай бунта рабов и подконтрольных деревень.

Корабли, высадив банду, улетели. Гамюка опасался продвинутых сканеров. Такое количество метала, могло насторожить жителей деревни. Матубай к нему прислушался и отправил их прочь.

Банда готовилась отдыхать. Вырыв ямы в земле, они разожгли бездымные кострища, готовя на них похлебку.

Банда был неоднородной. Преобладали в ней негры. Матубай привечал их больше чем остальных, но были тут и белые и китайцы. Объединяло их всех лишь одно - попав на Гааг - Ра, они перешли черту между цивилизованным человеком и дикарем, живущим ради сиюминутных желаний. Им не хотелось пахать землю или печь хлеб. Это было общей их чертой, и они влились в банду Матубая. Стали грабить и насиловать. Убивать. Кто не умел, научился закрывать глаза.

Сидя у костров, они вели разговоры.

– Крыса нам знатно подгадил, парни.

– Этот дурак думал выслужиться перед Матубаем. Тьфу, - сплюнул с презрением в голосе один из говоривших.

Его поддержали одобрительным гулом и новыми репликами.

– Будем теперь кормить комаров два дня. И еще неизвестно, все ли вернутся домой живыми. Удружил он нам, сволочь.

– Я слышал эти ребята крепкие парни. Уработали и Крыса и всю его бригаду вместе с ботом. Не зря ли мы это затеяли?

– Ты сомневаешься в нас?

Эта реплика предназначалась тому, кто усомнился в их силе. Все вокруг знали, как сильна банда Горы и как преданы ему бригадиры.

– Да ты что, Чимека?
– Поднял руку усомнившийся, идя на попятную и оправдываясь.
– Я имел ввиду что надо быть осторожней и приглядывать друг за другом.

– Выходит я не так тебя понял, - улыбнулся Чимека, поворошив палкой угли в костре, вызвав тем самым их треск.

– Ай! Зараза!

– Что с тобой, Эдгар?

Сказано это было с небольшой толикой презрения и надменности в голосе. Между черными и белыми в банде давно прошла трещина в отношениях.

– Тварь какая-то укусила за ногу. Прямо сквозь ботинок. В пятку.