— Закон.

Мир отстранился.

— Откуда она… если бы знала… или её родители… воспользовались бы и раньше. А больше ничего подобного и не происходило. Или я не знаю?

— Розалия, — я опустилась на пол возле рыси. — Она как раз была и сильной ведьмой. И старой. И опытной. И что-то такое могла уметь… даже записи не надо, сама вспомнила бы.

Взгляд у рыся все-таки человеческий.

— Она дала девчонке инструмент. Может, надеялась, что ваш брат отведет её к источнику. Или что эта Василиса подружится с Наиной? Или как-то сумеет на Наину надавить? Главное, что она помогла Василисе. А потом… потом назначила встречу.

И выпила душу.

Согласно условиям заключенной сделки.

Я не знаю наверняка, но подозреваю, что именно так все и случилось.

— Только почему книга не показала это заклятье Наине?

Я повернулась к книге. И не удивилась, увидев пустые страницы. Да, долг она исполнила… знать бы, кем поставленный. И вовсе вопросов не стало меньше.

— Рот открой, — сказала я рысю. — Пожалуйста.

Тот потянулся лениво так.

— Зар, не дури! — попросил Мирослав. — О матушке подумай… и вообще! Я, между прочим, до сих пор мечтаю…

Зар открыл рот.

А вот сколько лить-то? В рецепте о дозе ничего сказано не было. Как и о том, как эту дозу рассчитывать для рысей.

Хотя…

Отравы вроде нет.

Я и вылила все. А он проглотил. Закашлялся, правда, головой затряс, а потом вовсе вскочил на четыре лапы. Качнулся. И рухнул… твою ж…

Тело рыся пошло судорогой, потом еще одной. Рыся скрутило.

— Идем, — княжич подхватил меня под руку. — Не стоит… они этого не любят.

И уволок.

Книгу, к слову, я успела прихватить, а то… последнее, что я увидела, обернувшись, как бьющуюся в конвульсиях рысь окутывает туман.

— Я… я не хотела.

Княжич захлопнул дверь и спиной к ней прижался.

— Я не хотела!

— Все хорошо.

— Хорошо? А если он… если…

— Мирослав взял ответственность на себя.

А совесть мою он тоже на себя возьмет? Что-то очень сомневаюсь.

— На самом деле, как я понимаю, начался оборот, пусть и неконтролируемый, но это уже хорошо. Мир большой. То бишь сильный. Поможет. Поддержит. И если получится… оборотни тебя не отпустят.

— В каком смысле? — слезы, которые едва не посыпались из глаз, высохли моментально.

— В прямом, — вполне серьезно ответил Лют.

Из-за двери донесся протяжный крик, и не сказать, человеческий или звериный.

— Посуди сама. Двое из стаи обрели суженых. Мальчишка, который еще недавно умирал, того и гляди очнется и снова, будет уже не один.

— Он еще не очнулся. И… не факт.

— Шанс у него появился. А это много. Очень. Теперь еще и Зар. Его… очень любят. Он и вправду был бы толковым вожаком. Так что, если не Мир, то кто-нибудь да попробует привязать тебя прочнее. Но скорее всего именно Мир.

— Как?

— Замужеством.

— Да не собираюсь я замуж! — получилось чуть громче, чем хотелось бы.

— Скажем так… они довольно упрямы. И если решат, что так оно надежнее, то твое желание… они, конечно, примут во внимание, но постараются его изменить. Всеми доступными средствами.

Вот и делай после этого добро людям.

Или нелюдям.

— Не стоит бояться. Похищать и принуждать тебя никто не рискнет. С хозяйкой места это себе дороже…

— С какой…

— Есть места. Не просто места, а…

— Места.

— Именно. Такие. Особые. Силу таящие. А при них те, кто места эти хранят.

— Как Наина…

— Здесь не уверен. Когда-то — да… но вот… слишком много всего вскрылось. И вскрывается. Я начинаю думать, что Наина совершила нечто такое, что разорвало её связь с этим местом. Потому и сила у нее была, но… как бы не совсем. И книга ей не подчинялась. И ведьма эта опять же… хозяйка места почуяла бы неладное, а она вот… ни она, ни дед.

Лют замолчал.

Так мы и стояли, молча, вслушиваясь в то, что за дверью происходит. А там кто-то хрипел, сипел и кашлял. Причем, громко… и когда замолчал, то в дверь постучали.

— Мы уезжаем, — раздался голос Мирослава. — Я прошу прощения за причиненный беспорядок. И уберу все. Но…

— Погоди, — я встрепенулась, когда взгляд задержался на флаконах. — Еще два… не знаю, надо ли их пить, но если сварила, то возьми на всякий случай.

Лют отступил и дверь приоткрыл. И флаконы сам передал.

— Получилось? — тихо спросила я.

— Пока… сложно сказать, — Мирослав выглядел совсем бледно. — Облик вернулся, а вот с остальным… разберемся.

Надеюсь.