Устыдившись своего поведения, я вздохнула, придала голосу примирительный тон и сказала:

– Извини… Не нужно было меня переселять из того кабинета…

Седов шагнул ко мне, и я с готовностью нырнула в его объятья:

– Да понял уже, - проворчал он, нежно поглаживая меня по голове. – Может быть, передумаешь и пойдёшь всё-таки домой? На тебе прям лица нет…

Я невольно снова шмыгнула носом, унимая опять навернувшиеся слёзы: нас жалеют, ага, как тут мокроту-то не развести? А Юра - молодец, проявляет нежность и заботу… Хотя зря он это: мне нужно постоянно помнить, что всё временно и у наших отношений нет будущего. В его объятьях как-то быстро забывается, что у него есть жена…

– Нет, - вздохнула я, млея в кольце его рук. – Отдохну, когда всё успокоится. А устаканивается оно пусть лучше при мне, так как-то надёжнее, - и не удержалась от шутливой подколки: - А то вот так денёк пропустишь, приходишь, а вместо твоего кабинета архив сделали…

– Ты мне теперь это до конца жизни припоминать будешь, да? – проворчал Юра, но в его голосе послышались весёлые нотки. Я молча покивала в ответ, и он неожиданно задумчиво выдал: - Что ж… в таком случае мне придётся отдать тебе свой кабинет…

– Совсем смерти моей хочешь?! – прошипев, взвилась я и увидела его смеющееся лицо.

– Нет, ну а что? Я там всё равно редко бываю. Ты будешь устраивать на меня ловушки… Как сегодня выяснилось, оказывается, ты в этом большая мастерица, чем я… Только имей в виду, я там начну крутиться гора-а-аздо чаще… - и намекающе поиграл бровями.

– Развратник! – наигранно возмутилась я, смущённо покраснела и захихикала.

– Ну вот, - удовлетворённо сказал Юра и нежно чмокнул меня в лоб. – Хоть чуть-чуть повеселела.

В порыве чувств я встала на цыпочки и легонько поцеловала его в губы.

– Пора идти, - тихо сказала ему, когда он замер. – Пока там опять что-нибудь не приключилось…

Мы с Юрой по одному покинули туалет. Я вернулась в кабинет и села на своё место, стараясь меньше глядеть по сторонам. Змеинец встретил меня густой негативной атмосферой и напряжённым молчанием. На меня косились, некоторые личности украдкой бросали неприкрыто злобные взгляды, и все хранили траурную тишину.

Так, я не поняла: тут кто-то сдох, пока меня не было? Куда подевались ядовитые подколки и издёвки по поводу «моего» увлекательного хобби? Что опять успело произойти, пока я торчала в «штаб-квартире» и играла в радистку Кэт с айтишниками?

На всякий случай я сразу проверила корпоративный чат. Нет, тут всё «в порядке»: объявление на месте, грязь на мою скромную персону льётся единым нескончаемым потоком.

Казалось бы, «веселье» в самом разгаре, пинай Лару не хочу. Но мои разлюбезнейшие соседушки внезапно стали маскироваться под мебель или офисную технику, явно пытаясь слиться с окружающей средой: сидят, по клавиатурам барабанят, по сторонам не смотрят, даже ресницы не скрипят.

Хы-мы-мы… Странно всё это. И пугает даже больше, чем предыдущее ржание гиен над раненой добычей. Ладно, предположим, что у девушек просто кончился запал. Они таким образом отдыхают и ждут, когда появятся силы для следующего «залпа». А раз так, то где мои наушники? Под музыку всегда работается веселее, но сейчас я буду только делать вид, что слушаю её. Да-да, подслушивать и подглядывать - нехорошо, но с Ленкой честными методами здесь просто не выжить.

Запустила программу, размяла пальцы, вставила наушники в телефон, словно включила на нём плеер, положила экраном вниз на стол, придвинула к себе поближе стопочку с документами и приступила к работе.

Седов появился в кабинете несколько минут спустя. К этому времени у меня уже появилась стопочка «Выполнено». То-о-оненькая такая, всего несколько документов, но всё же. Краем глаза я видела, как Юрий прошёлся по кабинету, заглядывая через плечо сотрудницам, чем они заняты. Подошёл и ко мне. Но я сделала вид, что крайне увлечена работой и «песней» в наушниках, даже бровью на него не повела. Только «тук-тук-тук» по клавиатуре. И ножкой «кач-кач», будто в такт музыке. Для этого даже пришлось экстренно вспоминать какую-нибудь песню, чтобы выглядело правдоподобно. И первое, что мне пришло на ум, было…

«Антошка-Антошка, пошли копать картошку», - аха-ха, верно, а как вы угадали?

Юрий немного послонялся по кабинету и вновь испарился. На этот раз надолго. Когда вернулся, с порога громкими хлопками в ладоши привлёк себе внимание.

– Коллеги, прошу всех оторваться от работы и открыть корпоративный чат, - Седов прямой наводкой подошёл к моему столу и вальяжно присел на краешек, внимательно поглядывая, как выполняется его просьба.

Я тоже с видом послушной девочки сняла наушники и щёлкнула на панель в углу экрана. Юра перехватил у меня управление мышкой, скользнув своими пальцами по моим. Мягко, нежно и очень чувственно. Я возмущённо на него покосилась – «Охальник! Ну не при людях же!» – и поймала на себе его озорной взгляд. Говорящий такой, как у кота на мышь, которой бежать некуда.

Всего мгновение - и вид Седова вновь вернулся к строгой личине босса.

– Все открыли? Разверните окно чата на весь экран так, чтобы вам было хорошо видно, - он сделал соответствующий щелчок моей мышью.

В корпоративной беседе всё было по-прежнему, и я невольно опустила глаза на свои руки, лежащие на столе, чтобы не видеть всей этой мерзости. И на столешнице, ровно между своих ладоней, увидела клочок бумаги, размером где-то в полвизитки. На нём от руки красивым ровным почерком было написано: «Не грусти!» и забавная рожица внизу.