Кудрявый миротворец дремлет, сидя прямо на полу у противоположной стены и обнимая одной рукой автомат Калашникова. Беременная блондинка топчется около водительского сиденья и что-то негромко щебечет — очевидно, за рулём трейлера её благоверный с чугунной головой. А вот хренова героя нигде не видно, и у меня невольно закрадываются подозрения.

— Где мой джип? — с нажимом спрашиваю я, впившись в Бьянку немигающим взглядом исподлобья.

— Не беспокойся, мы его не оставили, — темнокожая девица усмехается уголками губ с трудночитаемым выражением. То ли ободряюще, то ли снисходительно. Черт её разберёт. — Ксавье сам сел за руль.

Oh merda. Мне всё меньше и меньше нравится создавшаяся ситуация — мало того, что в моих артериях и венах буквально течёт его кровь, вдобавок хренов герой вторгся в моё личное пространство. Нет, я безусловно рада, что кучке кретинов хватило ума не бросить единственную быстроходную машину с огромным арсеналом оружия, но… Какого черта за руль влез именно проклятый любитель Ремарка, который раздражает меня сильнее прочих идиотов?

Нет, с постельным режимом однозначно пора завязывать, пока они не натворили что-нибудь ещё. Стиснув зубы и до боли сжав руки в кулаки, я резко сажусь и опускаю ноги на пол.

Спутанные распущенные волосы спадают на лицо, а головокружение резко усиливается — но усилием воли мне удаётся сохранить вертикальное положение.

— Тебе нужно отдохнуть, — повторяет Бьянка скорее для галочки, неодобрительно покосившись на мои попытки не рухнуть в обморок прямо на затоптанный пол трейлера.

— Я в порядке, — машинально закатываю глаза. Всегда ненавидела чрезмерные проявления заботы. Особенно — такие неуместные. — Живо остановите свой гроб на колёсах. Надо поговорить.

На удивление, стадо кретинов подчиняется мне без особых возражений — очевидно, за прошедшие годы они настолько привыкли беспрекословно исполнять приказы доморощенного лидера, что готовы слушаться каждого, кто способен изобразить командный тон. Непомерно огромный трейлер постепенно замедляет ход и останавливается прямо посреди шоссе. Один из немногих плюсов глобальной мировой катастрофы — теперь нет нужды соблюдать правила дорожного движения. Можно ездить как угодно, с абсолютно любой скоростью и парковаться где придётся, не опасаясь получить очередной штраф, коих в своё время у меня было немало.

Мои непрошеные товарищи по несчастью, не сговариваясь, усаживаются в круг рядом с моей импровизированной кроватью. Вещь на секунду настороженно приподнимает наполовину оторванное правое ухо — но через мгновение, явно расценив ситуацию как безопасную, снова расслабленно прикрывает глаза.

— Итак, у вас есть хоть какой-нибудь план или вы просто решили рвануть в другую страну на поиски выдуманного Изумрудного города? — я обвожу кучку кретинов пристальным взглядом исподлобья, и они растерянно переглядываются, явно не находя ответа.

— Мы решили… — осторожно начинает кудрявый миротворец, но его речь бесцеремонно прерывает громкий стук в запертую дверь трейлера.

Ах да, и как мы посмели держать совет без доморощенного лидера?

Пока Аякс открывает дверь перед хреновым героем, темнокожая девица достаёт из нагрудного кармана вылинявшей джинсовки аккуратно сложенную карту и разворачивает её прямо на полу. Изрядно потрёпанный лист изображает все страны и города северной Америки, а из точки под названием Роджерс Сити тянется длинная толстая линия, нарисованная красным маркером — проходит вдоль побережья озера Гурон, пересекая несколько маленьких городков вроде Грейс и Чебойган, а потом пересекает мост Макинак, выходит к северной границе Висконсина и устремляется далеко на восточную часть Канады.

— Координаты указывают сюда, — Торп усаживается на пол рядом с картой и тычет пальцем в крестик неподалёку от Сент-Джонса. Остальные кретины следят за его действиями с таким идиотским восторгом на лицах, словно хренов герой показывает им дорогу к райским вратам.

Мысленно соотношу примерное расстояние с масштабом карты — и цифра выходит совсем неутешительной. Больше трёх с половиной тысяч километров. Преодолеть такой путь на неповоротливом медленном трейлере в компании любителя Ремарка, пацифиста с автоматом, глубоко беременной девчонки и её безмозглого благоверного кажется абсолютно бредовой затеей. Относительно адекватным человеком в их шайке выглядит только Бьянка — но я всё ещё помню, что она хотела пристрелить моего пса, и этот факт автоматически равняет её с остальными слабоумными фермерами.

— Вы идиоты. И вы подохнете, — уверенно заключаю я с абсолютно бесстрастным выражением лица. — Ставлю сотню баксов, что это случится максимум через три дня.

— Так помоги нам, Уэнсдэй, — нагло заявляет кудрявый миротворец и выразительно вскидывает брови. — Что ты теряешь, м? Ты всё равно колесишь по стране просто так. А теперь у путешествия хотя бы появится цель.

— Не утруждайся, Тай, — колко вставляет Торп, покосившись на меня с нескрываемым пренебрежением. — У нашей мисс Аддамс куча более важных дел. Например, подыскивать наиболее эффектный способ самоубийства или взрывать из базуки чужие дома.