С этим надо что-то делать.

Тогда, продолжая частью сознания следить за вражескими магами, Никаниэль мысленно заглянул под толщу земли. Как он и ожидал, там обнаружились холодные огоньки сотен и сотен неупокоенных воинов былых времен. Они взывали к повелителю смерти, жаждя отмщения. И Ник дал им его.

Разлитая вокруг некроэнергия лилась неудержимым потоком, подвластная воле могущественного некроманта. Не на долго задерживаясь в его теле, она устремлялась вниз, чтобы вдохнуть жалкое подобие жизни в выбеленные червями костяки. И пусть их плоть давно истлела, а оружие обратилось ржавой трухой, но они готовы были вновь вступить в бой и утолить многовековую жажду крови.

Глубоко вдохнув, принц взмахнул руками, приказывая мертвым восстать.

На глазах у изумленных людей застывшая гладь поля пришла в движение. Словно поверхность воды в гигантском котле, в костер под которым щедро подбросили угля. То тут, то там земля лопалась пузырями, порождая из своих недр простейшую нежить — скелетов.

Но их было слишком много.

А страх многократно увеличивал это и без того немалое количество.

Никаниэль же даже не пытался взять каждого под свой контроль, лишь указав вектор движения. И те, оглушительно грохоча костями, устремились к рядам противника.

Запели тетивы — то не выдержали лучники, отправляя в полет покрытые алхимическим зельем стрелы. Один за другим скелеты падали, сраженные волшебным снадобьем. Другие испарялись, достигнув антинежитного щита. Но все новые продолжали вылезать на свет, вливаясь в эту сумасшедшую мясорубку.

Первые ряды умертвий достигли Ника. Частично обладая прижизненными навыками, они передвигались быстрее прочих. Рядом с ними бежали призванные культистами твари, подозрительно похожие на некоторых демонов. Да и сами порождения хаоса, поднятые принцем в виде зомби, не отставали.

А вражеская оборона до сих пор держалась, успешно перемалывая скелетов и заставляя заклинания личей бессильно стекать сочащейся гноем жижей.

Тогда, обратившись к уже имевшемуся опыту, Никаниэль зачерпнул побольше некроэнергии, смял ее, прессуя в тугой комок, затем, стиснув зубы от напряжения, вытянул в гигантское копье длиной в полторы кареты и шириной в обхват. Ник нацепил на него наконечник из эссенции естества и, размахнувшись, метнул в стан неприятеля.

Тихо свистнув, заклинание черной тенью устремилось к вражеской защите и разом проломило ее, разбив на тысячи бесполезных осколков. Путь нежити оказался открыт. Ник хотел отправить следом что-нибудь вроде огненного шара, но магические каналы и без того горели жарким пламенем после чрезмерной нагрузки.

Прорываться предстояло другими методами.

Волна нападающих захлестнула принца. Почтенно огибая Владыку, те неслись бесформенной толпой, стремясь скорее добраться до стройных рядов противника. В небо раз за разом взмывали тучи стрел в попытке остановить продвижение темных сил, но далеко не каждая находила свою цель. Ведь присоединившиеся к Никаниэлю маги-нелегалы тоже кое-что умели.

Ник стоял посреди выжженного круга недвижимый и непоколебимый, словно исхлестанный волнами утес посреди бушующего моря. Суровым взглядом он взирал на развернувшееся сражение и не было в нем ни капли жалости. Он честно пытался договориться, но враги сами определили свою судьбу. И теперь падут. Как и все, кто посмел встать на пути высшей цели принца.

Сквозь грохот столкнувшихся лоб в лоб сил послышались первые крики раненных и предсмертные хрипы умирающих. Вот краснокожий огр в лепешку расплющил не успевшего увернуться орка. И следом сам упал с обугленной дырой в груди — седовласый шаман отомстил за смерть сородича.

Скелеты рассыпались десятками, обращались в прах зомби, падали пронзенные стрелами тролли. Но и светлые несли потери, превращаясь в груды парящего мяса, нашинкованного нежитью, или растекаясь зловонными лужами гниющей плоти под воздействием темной магии. И пусть солнце светило нападающим в глаза, но это доставляло неудобство лишь живым. Мертвецы же в зрении не нуждалась.

Хуже всего дело обстояло по центру. Ровные ряды латников уверенно крушили неприятеля, практически не неся потерь. Начищенная до блеска броня быстро покрылась брызгами лимфы и протухшей крови, но продолжала надежно защищать могучих воинов. Кроме того их прикрывали очнувшиеся после первой неудачи маги. Причем они не только использовали укрепляющие чары но и умудрялись посылать смертельные заклятья в гущу врагов, нанося немалый ущерб.

Скрипнув зубами, Никаниэль приказал рыцарям смерти продавить оборону и добраться до волшебников. Личи же должны были им помочь. Латники, солдаты и маги — последняя преграда, отделявшая Ника от родных сердцу лесов.

Неожиданно принц почувствовал за спиной чужое присутствие. Он резко обернулся, отдавая команду кружившим неподалеку призракам уничтожить угрозу, и тут же ее отменил.

— Я приказывал сидеть в лагере! — рыкнул Никаниэль на Малема с Жабой.

— Они пошли из-за меня, Владыка. — смиренно склонив голову, объявила Лилиана, выходя из-за спин мужчин. — Я должна быть возле тебя.