Мы сорвались по коридору навстречу обмякшему охраннику.

– Туда его, – прошипела я, распахнув следующую дверь – в кабинет одного из секретарей матери.

Лиам и Ридок затащили бедолагу внутрь, а я на всякий случай приложила пальцы к его шее.

– Пульс в норме. Мы его просто вырубили. Откройте ему рот.

Я выхватила флакон, спрятанный в кармане брони, откупорила и влила жидкость в рот охранника.

– Проспит до конца ночи.

Широкие глаза Лиама встретились с моими.

– Ты прям пугаешь.

– Спасибо, – улыбнулась я, и мы убрались оттуда со всех ног.

Через пятнадцать минут, все еще пытаясь отдышаться, мы ввалились в зал инструктажа. До конца отведенного времени оставалось несколько минут.

Мы пришли последними, и подрагивающий подбородок Даина, сидевшего в верхнем ряду с остальными командирами, намекал, что мы еще наслушаемся комментариев для тех, кто прибывает под дедлайн.

Я отвела от него взгляд, и мы начали устраиваться на своих местах, пока отряды по очереди прибытия вели свои доклады, подарив нам время прийти в себя после пробежки.

Отряд из Первого крыла украл рукописное руководство Каори о привычках и недостатках всех действующих драконов. Сильно.

Отряд из Второго крыла вызвал одобрительный гул, показав форму одного из профессоров пехоты, целую и даже с тем, что никогда не носят всадники: жетоном с именем. Это, учитывая звание профессора, дало бы врагу доступ на все наши форпосты.

Лучшим вариантом Третьего крыла стал язык – ошарашенный писец с широко распахнутыми глазищами, выкраденный прямо из постели, а учитывая, что его рот не двигался… Да, чья-то печать отнимала дар речи. Когда бедолагу отпустят, он еще долго будет приходить в себя.

Когда подошла наша очередь занять сцену, Сойер и Лиам, двое самых высоких в нашем отряде, взяли карту за верхние углы, чтобы ее видели все.

Я же стояла рядом с Имоджен и шарила взглядом в поисках конкретных ониксовых глаз. А вот и он.

Ксейден прислонился к стене рядом с другими командирами, глядя на меня с головокружительным сочетанием любопытства и ожидания.

– Это твоя идея, – шепнула Имоджен, толкая меня вперед. – Ты и рассказывай.

Глаза Маркема стали круглыми, как блюдца, и он вскочил, а за ним и Девера, так широко раскрыв рот, что меня чуть ли не разобрал смех.

Я прочистила горло и широким жестом показала на карту.

– Мы принесли главное оружие, каким могут воспользоваться наши враги. Актуальная карта всех нынешних форпостов наваррских крыльев с указанием численности войск. – Я ткнула в форты вдоль границы Сигнисена. – А также с указанием всех схваток за последние тридцать дней. Включая вчерашнюю ночь.

По квадранту пронесся ропот.

– А откуда нам знать, что карта действительно актуальная? – спросил Каори, держа возвращенный ему блокнот под мышкой.

Удержаться от улыбки тут было невозможно.

– Потому что мы ее выкрали из кабинета генерала Сорренгейл.

Поднялось настоящее безумие – к сцене ломанулись всадники, через них пробивались профессора, – но я не обращала ни на что внимания, потому что Ксейден чуть улыбнулся и коснулся пальцем полей воображаемой шляпы, на миг склонившись, и тут же снова взглянув мне в глаза. Удовлетворение заполняло каждую мою клетку, когда я улыбнулась ему в ответ.

И уже неважно, как там проголосуют.

Я и так победила.

Глава 26

Нет связи сильнее, чем между парой драконов. Это глубже человеческой любви или восхищения – это первобытная и непобедимая нужда в близости. Одному без другого не выжить.

Полковник Каори. Полевое руководство по драконам

На коротких дистанциях я еще справлялась.

Маневры – пике и уклонения, необходимые для боевых построений, – уже отправляли меня в полет к земле, если только Тэйрн не удерживал меня своей силой.

Но лететь шесть часов подряд ради нашего приза – недельной командировки на далекий форпост – это фактически меня убило.

– Я сейчас умру. – Сойдя на землю, Надин сломалась пополам, упираясь в колени.

– Очень тебя понимаю.

Я потянулась, и в спине словно завопили все позвонки разом, а руки, всего пару минут назад заледенелые, взмокли в кожаных перчатках.