Ее взгляд не оставлял простора для уверток.

– Мне пришлось меняться, чтобы выжить. Он не давал. – Самое простое объяснение всех последних девяти месяцев. – Из-за меня убили его подружку Эмбер. Она была командиром подразделения. И если честно, история с Ксейденом настолько нас рассорила, что я уже и не знаю, как восстановить дружбу. По крайней мере такой, какой она была.

– О казни командира знают все. Ее убили не из-за тебя. Она сама себя убила, нарушив Кодекс. – Мира молча разглядывала меня. – А правда, что в ту ночь тебя спас Риорсон?

Я кивнула.

– Ксейден вообще сложная тема.

Настолько сложная, что я сама не могла разобраться в чувствах. От мыслей о нем я только больше запутывалась. Я его хотела, но не могла ему доверять, не так, как надо. И все же во многом ему я доверяла больше всех.

– Надеюсь, ты знаешь, что делаешь. – Она стиснула чашку. – Потому что я четко помню, как велела тебе держаться подальше от этого сына изменника.

Все внутри перевернулось от такого описания из уст Миры.

– Тэйрн к тебе явно не прислушался.

Она фыркнула.

– Но если бы в ту ночь не появился Ксейден, или если бы я не спала в броне… – Я помолчала, потом коснулась ее ладони. – Сложно сосчитать, сколько раз ты спасала мне жизнь, сама о том не зная.

Мира улыбнулась:

– Рада, что это помогло. Я тебе клянусь, собирала эту чешую целый сезон линьки.

– Не думала рассказать об этом маме? Наделать таких для всех всадников?

– Я внесла предложение своему командованию. – Она откинулась назад и сделала еще глоток. – Они сказали, что рассмотрят вопрос.

Мы смотрели, как Рианнон целует идеальные пухлые щечки племянника.

– Никогда не видела такую счастливую семью, – призналась я. – Даже когда Бреннан и папа были живы, мы не были… такими.

– Да уж, не были. – Ее губы исказила грустная улыбка, и она взглянула на меня: – Зато я помню множество ночей, когда мы лежали у огня с папой и той твоей любимой книжкой.

– Ах да, той самой, которую ты заставила оставить в спальне, – я выгнула бровь.

– Ты про книжку, которую я забрала на случай, если маме попадет вожжа под хвост и она решит выкинуть все твои вещи, пока ты в квадранте? – ее улыбка расползлась до ушей. – Она у меня в Монсеррате. Думала, ты разозлишься, если вернешься после выпуска, а ее нет. И что бы ты потом делала, если бы забыла малейшую деталь того, как галантные всадники справляются с армией виверн и вэйнителей, что высосали из земли всю магию?

Я моргнула.

– Ого. А я уже все забыла. Но, наверное, уже скоро получится перечитать! – В груди разлилась радость. – Ты лучше всех.

– Отдам тебе, когда вернемся. – Она снова откинулась и задумчиво присмотрелась ко мне. – Знаю, это просто сказки, но я так и не поняла, почему злодеи решали осквернить души и стать вэйнителями – а теперь… – У нее нахмурился лоб.

– Теперь ты на стороне злодеев? – пошутила я.

– Да нет, – она покачала головой. – Но у нас такие силы, Вайолет, за которые люди готовы убить. Драконы и грифоны – это хранители, но, не сомневаюсь, что для того, кому хватает зависти и амбиций, рискнуть душой – невысокая цена за способности. – Она пожала плечами. – Просто радуюсь, что наши драконы такие разборчивые, а чары не подпускают ездоков на грифонах. Кто знает, кого выбирают эти пушистые твари?

Мы просидели еще час, пока не решили, что рискуем разоблачением. Затем мы с Мирой оставили Рианнон, чтобы она могла попрощаться с семьей, и вышли из дома в душную ночь. Тэйрн в последние пару часов непривычно затих.

– Ты когда-нибудь служила с всадниками драконьих пар? – спросила я Миру, закрывая за нами дверь.

– Один раз, – ответила она, прищурившись и внимательно разглядывая темную тропинку перед домом.

– Просто интересно, на сколько они могут расстаться.

– Оказывается, максимум на три дня, – сказал Ксейден, появляясь из теней.

Глава 27

За доблесть выше, чем требовал долг, в бою при Страйтморе, где ее отвага привела не только к разгрому батареи в тылу врага, но и спасла жизни целого пехотного батальона, рекомендую представить Миру Сорренгейл к Звезде Наварры. Однако если она не отвечает всем критериям – хотя тому порукой мое слово, – представьте ее к Ордену Когтя. Однако сие будет позором, так как Сорренгейл заслуживает большего.

Рекомендация майора Потсдама для представления к награде, адресована генералу Сорренгейл

– И теперь мы просто ждем, когда что-нибудь случится? – спросил на следующий день Ридок, откинувшись на спинку стула и закинув ноги в сапогах на деревянный стол в местной инструктажной.

– Да, – сказала Мира, сидевшая во главе стола, затем мановением руки отправила Ридока в полет вверх тормашками. – И убрал ноги со стола.