– Всё ещё не нашли? – я вздрогнула от знакомого голоса.

– Ты напугал меня, Серафим, - прошептала я, стараясь говорить как можно тише, - всё ещё ищем.

Серафим кивнул головой и посмотрел на вольеры.

Животные в них испуганно заскулили и попятились назад, уставившись на него, будто ощущая явную угрозу.

– При жизни животные меня очень любили, - он грустно улыбнулся, - но сейчас они всё так же видят меня, но ощущая запах смерти, боятся.

Он обернулся и посмотрел в спину удалявшимся от нас мужчинам.

– Те дальние вольеры…-прошептал он, - осмотрите их.

– Да, конеч…апчхи! – дышать становилось всё тяжелее и тяжелее.

– Ты нехорошо выглядишь, - в его голосе слышались нотки волнения, - что случилось?

Я зажмурила глаза, пытаясь выровнять дыхание.

– Нора? – голос Ноя слышался будто сквозь вату.

– Аллергия, - с трудом выдохнула я, - на…шерсть…

Чьи-то руки легли на плечи, поддерживая меня, не давая упасть.

– Что же ты не сказала, глупая. Дыши…

– Ной, - я встретилась взглядом с тёплыми медовыми глазами, - дальние вольеры, посмотрите там…

Он тяжело выдохнул, помогая мне выйти из приюта.

– Стас сам справится, не маленький.

Ной помог мне сесть на лавочку неподалёку, а сам присел на корточки напротив меня, внимательно всматриваясь в моё лицо.

– Помоги ему, я посижу на свежем воздухе и всё будет хорошо.

Ной протянул руку, и тёплая ладонь легла на мою щёку, нежно поглаживая, заправляя за ухо выбившиеся пряди волос.

– Пожалуйста, не молчи о подобном, - он прикусил нижнюю губу, - со здоровьем не шутят.

Рука невольно легла на его ладонь, мягко сжимая тонкие пальцы. В ответ Ной нежно улыбнулся, но улыбка совершенно не касалась его глаз, они оставались всё такими же – полными тревоги и волнения.

– Я хотела помочь…

– Это того не стоило..

– Ной, закончи то, зачем мы приехали, - я тяжело вздохнула и уверенно посмотрела ему в глаза, - я никуда не уйду, буду здесь.

На его щеках выступили желваки, но он нехотя кивнул головой.

– Нора…

– Иди.

Ной молча встал на ноги и поспешно зашёл в дверь.

Я откинулась на стену здания и закрыла глаза. Дышать стало легче, но горло всё так же сжимали невидимые тиски.

Почему именно сейчас, когда я так нужна им?

Грудь сдавило от досады и обиды на собственную беспомощность. Как я могла забыть о том, что у меня аллергия на шерсть? Почему была так беспечна…

– Нора, - я открыла глаза и увидела Серафима, стоявшего напротив меня, - возьми.

Взгляд упал на протянутую руку, в которой был небольшой тёмно-синий пакет.

– Ты ставишь меня в неловкое положение, Серафим, - выдохнула я, - люди подумают, что я сумасшедшая, рас разговариваю сама с собой.

Мимо нас проходили девушки, заинтересованно наблюдая за тем, что происходит.

– Какой хорошенький, - шепнула одна другой, - будто с картинки сошёл.

И только после этих слов я обратила внимание на то, что Серафим был одет по-другому, нежели обычно: чёрную рубашку сменила белая толстовка, светло голубые джинсы пришли на смену чёрный брюкам, а на месте начищенных до блеска туфель красовались белые кроссовки.

Серафим невинно захлопал ресницами.

– Они что…видят тебя? – неуверенно сорвалось с губ.

Парень пожал плечами.

– Я решил сделать исключение и побыть немного видимым для простых смертных.

Я молча кивнула головой.

– Не знала, что ты можешь так…

Серафим усмехнулся, улыбнувшись мне как обычно тепло и невинно.

– Ну так что, - он встряхнул пакет в руке, - ты примешь экстренную помощь?

Я протянула руку и забрав у него пакет, заглянула внутрь и тут мои глаза расширились от удивления: в пакете лежала маленькая бутылочка с негазированной водой и таблетки от аллергии.

– Я не знал, какие ты принимаешь обычно, - Серафим виновато теребил прядь светлых волос, - поэтому взял на своё усмотрение.

– Спасибо большое! – я улыбнулась ему и достав спасительные лекарства, выпила капсулу, запив водой.

Серафим сел рядом со мной.

– Я рад, что смог помочь тебе, - он широко улыбнулся и подняв вверх лицо уставился куда-то в бескрайнее небо.

– Ты всегда это делаешь, - я легонько толкнула его плечом - мой самый лучший Ангел-Хранитель.

Серафим повернулся ко мне с широко раскрытыми от удивления глазами. С таким выражением лица он выглядел как подросток, которого застали за чем-то запретным, но почему-то в тот момент мне это показалось ужасно милым.