– Что это значит?
– спросила Лина.
– Дорога прямо под нами.

– Все перепутано. Музыка постоянно меняется.
– Он напрягся сильнее, вглядываясь в движущиеся бугорки - гранит, бетон, песчаник, известняк, слюда, снова гранит. От резких мелодий у него разболелась голова, и они менялись так быстро, что он не мог зацепиться ни за одну из них.
– Мы движемся слишком быстро.

– Ну, я не собираюсь сбавлять скорость, - прокричал Диггс, перекрикивая звук скрежещущего металла.
– Мы не можем сражаться с ними и победить. Наш единственный шанс - набрать достаточную скорость, чтобы оторваться от них.

Внедорожник снова врезался в них, и пикап на полминуты заскользил по ограждению, прежде чем Диггс смог его оттащить.

Убежать от них.

Майкл выпрямился на месте.

– Жми на тормоза.

– Ты что, обал...
– Внезапно усатое лицо Диггса расплылось в широкой ухмылке.
– Ты гений, Майк. Держись крепче.

Внедорожник снова вильнул в их сторону, и Диггс резко нажал на тормоз. Пикап со скрежетом остановился.

Не успев среагировать, внедорожник пролетел мимо их передней части и наполовину врезался в ограждение. Его белые фары заднего хода загорелись почти сразу, но задние шины безрезультатно вращались на рыхлом гравии.

Переключив передачу, Диггс обогнул попавший в ловушку автомобиль.

– Это их надолго не задержит. Как говаривал мой папа, давай убираться отсюда, пока все в порядке.

Как только пикап достиг следующего поворота дороги, внедорожник оторвался от ограждения и задним ходом выехал на дорогу. Пикап Диггса повернул за поворот, и внедорожник временно пропал из виду.

– Они вернулись, - сказала Лина.

Диггс посмотрел в зеркало, затем на красный индикатор двигателя, мигающий на консоли.

– Отлично. Мы сделаем это трудным путем.
– Он открыл маленькую панель под рулевым колесом, обнажив разноцветный набор предохранителей и проводов.

– Что ты делаешь?
– спросил Майкл.

– А, вот и мы.
– Диггс выдернул из панели два тонких предохранителя, и задние фонари пикапа погасли. Затем он выключил фары, переключил передачу на пониженную и притормозил грузовик до остановки.

– Почему мы останавливаемся?
– спросила Лина.

Диггс ласково похлопал по приборной панели.

– Мы не сможем убежать от них, Мелина. Она хороша, но это старое ведро с болтами просто не подходит для этого.

Майкл вздохнул, когда сбивающие с толку мелодии под ним стихли до странного гула.

– Ты хочешь, чтобы я воспользовался каменной песней? Я могу сделать это сейчас.

Диггс покачал головой.

– Нет. Ты был прав раньше. Мы не можем рисковать, когда Лина так близко. Кроме того, у меня есть еще одна идея.

– Выключить свет и надеяться, что они не заметят нас в темноте?
– Майкл наклонился вперед на сиденье. Они остановились прямо над центральной линией.
– Тебе не кажется, что нам следует припарковаться поближе к перилам?

– Да, - согласилась Лина.
– Если мы останемся здесь, они нас прямо переедут.

Переключившись на задний ход, Диггс подмигнул ей.

– Нет, если мы сначала их перегоним, - сказал он.
– Я знаю, что продолжаю это говорить, но... подождите!

Внедорожник с ревом вывернул из-за угла позади них, и Диггс нажал на газ.

Лина закричала, и Майкл приготовился к удару. Затем мир взорвался, и все погрузилось во тьму.

30. Еще один день

Что-то дернуло Майкла за рубашку.

– Ты должен проснуться, Пробужденный, - произнес далекий голос.

Он застонал, но не открыл глаз. Молоток отбивал болезненный ритм внутри его черепа.

– Хорошо, Джерико. Я встал. Просто дай мне минутку, ладно?

– Никаких минут, Пробужденный. Падшие идут. Люди должны бежать.

Падшие?

Его глаза резко открылись.

– Где?..
– Он моргнул.
– Джерико, почему ты стоишь на потолке?

Джерико опустил взгляд на свои ноги. Одна из них прикрывала треснувший фонарь на крыше пикапа.

– Потому что потолок теперь - это земля, Пробужденный.

Майкл в замешательстве нахмурился, но потом заметил разбросанные обертки от фастфуда, лежащие на потолке. Либо сила тяжести изменилась на противоположную, либо пикап стоял на крыше.

– Что случилось, Джерико? Почему мы перевернуты вверх ногами?

– Мы упали далеко, Пробужденный. И ты слишком долго спал. Люди должны бежать.

Майкл поднял голову. Внутри пикап представлял собой смятые обломки битого пластика, темной грязи, искореженного металла и стекла. Лина висела, пристегнутая ремнем безопасности, рядом с ним. Луч тусклого дневного света проникал в кабину из неровной дыры в полу, окрашивая ее серебристые волосы бледным свечением. Ее глаза были закрыты, а на левой щеке виднелась неприятная припухлость.