Майкл рассмеялся.

– Вы имеете в виду, что мы должны сдаться? Нет, спасибо. Мы бы предпочли не проводить остаток своей жизни заключенными в какой-нибудь лаборатории.
– Он глубоко вдохнул насыщенный земной костью воздух. Он чувствовал, как каменная песня становится сильнее. Теперь недолго.

Эквинокс приподнял бровь.

– Заключенными? Мой дорогой мальчик, посмотри на мужчин рядом со мной. Они такие же дети земной кости, как и вы. Я не вижу на них никаких цепей. Действительно, я вознаграждаю их, исходя из их потенциала - их уникальности, если хочешь. У вас обоих такой невероятный потенциал, больше, чем вы даже можете себе представить. С какой стати мне запирать вас?

Лина фыркнула.

– Что за чушь собачья. Ваши люди пытались убить нас в течение нескольких недель.

Эквинокс обезоруживающе улыбнулся.

– Ах, Мелина, ты слишком цинична. Я никогда не хотел твоей смерти. Я не монстр. Я хотел, чтобы тебя привели сюда только для того, чтобы я мог понаблюдать за твоей метаморфозой. Ты - чудо, Мелина, сверкающая жемчужина научного чуда. Я бы никогда не причинил тебе боль добровольно. Я только хочу помочь тебе.

– Ты лжешь.

– С какой целью, Мелина?
– спросил Эквинокс.
– У меня есть технология, опыт, чтобы анализировать то, что происходит внутри тебя. Что еще более важно, я кровно заинтересован в раскрытии секретов мутации земной кости. Или доктор Кертис не рассказывал вам о вторжении земной кости в нашу атмосферу?
– Он указал на деревья, многие из которых носили фантастические признаки мутации, такие как гигантские плоды или кристаллические листья.
– Как и эта долина, наш мир скоро изменится. Вы двое - всего лишь предвестники, первые тени зарождающегося будущего. Вы, должно быть, уже поняли это. Только я могу помочь вам полностью раскрыть свой потенциал. Я посвятил свою жизнь улучшению жалкого положения человечества. Я нахожусь на пороге достижения этой цели. И вы оба можете сыграть очень важную роль в новом мире, который я намерен создать. Подумайте хорошенько, дети. Разве это не то, частью чего вы хотели бы быть?

– В этом вопросе я согласен с Линой, док, - сказал Майкл. Каменная песня усилилась, и он почувствовал, как она достигает скалистых стен туннеля.
– Ухмыляющийся человек-волк позади тебя не раз пытался убить нас. Без такой помощи мы можем обойтись.

Улыбашка угрожающе шагнул вперед.

– У тебя длинный язык, амиго. Как насчет того, чтобы я немного его укоротил?

Лина зарычала и придвинулась поближе к Майклу.

– Подойди и попробуй это, собачья морда.

Улыбашка снял очки.

– Достаточно, - отрезал Эквинокс.
– С меня довольно твоего неповиновения, Белуа Набал. На колени.

Улыбашка отшатнулся.

– Доктор, я...

– На колени, - холодно повторил Эквинокс.
– Не заставляй меня говорить в третий раз.

Улыбашка покраснел. Склонив голову, он опустился на колени на разбитый гравий.

– Очень хорошо, Набал, - сказал Эквинокс, снова переключая свое внимание на Майкла и Лину.
– Итак, на чем мы остановились? Ах, да, дело в том, что Набал пытался вас убить. Как вы можете видеть, в последнее время у меня были с ним некоторые дисциплинарные проблемы. Полагаю, это результат того, что в его психологическом облике осталось слишком много звериных черт. Я только недавно узнал о непослушании Набала. Пожалуйста, примите мои извинения.

Майкл просто уставился на этого человека, на мгновение забыв о каменной песне и гуле туннеля.

– Ваши извинения?
– эхом отозвался он, его голос дрожал от ярости.
– Диггс, вероятно, мертв из-за этого животного! Как вы можете извиняться за это?

Эквинокс постучал пальцем по своему подбородку.

– Итак, наш друг доктор Кертис пропал. Как неудачно.
– В его голосе звучало искреннее разочарование.
– Вы же знаете, он был первым. Первый успех в получении человеческого слияния. Какая пустая трата времени.

– Диггс был чем-то большим, - вмешалась Лина.
– Он был нашим другом!

Эквинокс нахмурился.

– Я вижу это, Мелина. Что ж, это, безусловно, усложняет дело.
– Он хмуро посмотрел на Улыбашку.
– Скажите мне, дети, если бы я убил Набала, убедило бы это вас в моих добрых намерениях?

Улыбашка напрягся, но ничего не сказал, оставаясь на коленях.

У Майкла отвисла челюсть. Эквинокс мог бы точно так же спросить, не желают ли они выпить по стаканчику лимонада, судя по эмоциям в его голосе.

– Что?

– Белуа Набал, - уточнил Эквинокс.
– Если я устраню его, вы согласитесь присоединиться ко мне? Или, если хотите, один из вас может убить его. Не заблуждайтесь, белуа - это ценный актив. Однако в последнее время, как и в случае с доктором Кертисом, у Набала вошло в привычку превышать свои полномочия. Я мог бы посадить его под стражу, если вы предпочитаете. Но если это завоюет ваше доверие, я усыплю его.

– Он блефует, Майк, - обвинила Лина.
– Он не стал бы убивать никого из своих.

Эквинокс сложил руки за спиной.

– Я никогда не блефую, Мелина. Я не нахожу радости в такого рода вещах. Как я уже говорил, я не монстр. Тем не менее, я понимаю ваше желание добиться справедливости от имени доктора Кертиса. Я предлагаю вам жизнь за жизнь. Кроме того, я предлагаю вам обоим шанс сыграть свою роль в переделке этой планеты, в воссоздании нашего вида. Что вы на это скажете?

– Что, если я не хочу жить в мире, полном мутантов?
– спросил Майкл.

– Не думай об этом как о мутации. Думай об этом как об эволюции, - сказал Эквинокс.
– Я понимаю твои опасения. Страх всегда сопровождает неизвестное, но земная кость - это Святой Грааль медицинских и биологических исследований. Правильно склеенная, она излечила все болезни, которые я смог культивировать. Это может сделать нас быстрее, сильнее и практически неуязвимыми для инфекций любого рода.