— Ясно, — сказал я, — до двух лет. И есть шанс, что могут отпустить раньше, верно?

— Верно, — кивнул помощник, — скорее всего, после нашего вмешательства обойдётся формальным наказанием. Но несколько дней в изоляторе вам провести придется. Если, конечно, не вскроются другие обстоятельства.

— Какие? — спросил Денис.

— Ну, например, вовлечение в незаконную деятельность местных граждан. Укрывательство. Само по себе это может потянуть на десятку. А если дело связано с тяжкими преступлениями, вроде убийства или наркотиков — то тут уже речь может идти о смертной казни. В общем, чем меньше вы контачите с местными и чем раньше сдадитесь — тем лучше для вас.

Мы опять переглянулись.

— Но вы же не обязаны о нас докладывать? Местным властям? — спросил я.

— Формально, конечно, нет, — помощник пожал плечами, — мы не обязаны проверять законность пересечения границы нашими гражданами. Но фактически, повторю: времени на раздумья у вас не очень много.

— Ясно, — кивнул я, — спасибо за информацию.

— Не за что, — помощник пожал плечами и отхлебнул холодного пива из запотевшей кружки, — звоните на общий телефон после задержания.

Мы вышли из торгового центра в молчании. Как-то не так я себе представлял всё это. Более серьёзно, что ли… хотя, если вдуматься, чего я ждал? Что нас будут вытаскивать в дипломатической почте? Или использовать нелегальные инструменты, будто мы разведчики какие?

— Зря мы попёрлись… — Дэн высказал вслух то, что каждый из нас думал.

— Согласен, — кивнул я, — Оль, мы были неправы. Ты была права.

Я заметил, как по её лицу скользнула мимолётная улыбка, но очень быстро она снова стала серьёзной.

— Надо искать дорогу обратно. Таким же путём, каким мы попали сюда, — сказала она.

— Блуждающий Храм? — спросил Дэн, — шансы, конечно, есть, но сама понимаешь…

— Надо учесть всё. Вспомнить, при каких обстоятельствах его находили. И пробовать искать — пока нас не задержали.

— Ты и сама знаешь: рецепта нет. Иначе к Храму уже давно бы толпы ходили, — ответил Дэн, — говорят только, что его появление связано с опасностью. И вроде как возле могил проходы находили…

— Могилы, значит, могилы, — Оля даже челюсти напрягла и кулаки сжала, показывая свою решимость.

— Ребят придётся оставить, — сказал я, имея ввиду Лаоляна и детей, — мы и без того сильно их подставляем…

— Согласна, — кивнула Оля, — деньги понадобятся. И смартфоны на первое время, хотя бы чтобы нужные заброшки найти…

— Попросим, — ответил я, — ребята должны помочь. А мы подумаем, чем компенсировать.

— А ещё меня та комната беспокоит… с фотографиями, — задумчиво заметила Оля, — непростая она…

— Даже если так — лучше о ней забыть. Сейчас уж точно не время, чтобы ей заниматься, — ответил я.

— А вдруг она как-то связана с Храмом? — предположил Дэн.

Мы с Олей синхронно посмотрели на него.

— Ну, в смысле, почему дорога нас именно туда привела? — он пожал плечами.

— Я не заметил в той комнате никакого другого выхода, — ответил я, — значит, для нас сейчас она бесполезна.

— Надо побродить по парковке ночью, — предложила Оля, — особенно если дождь будет… может, и правда получится в пещеру вернуться.

Я вспомнил про крыс и двух цсянсинов и меня передёрнуло.

Нет, сама идея по уничтожению следов оказалась достаточно эффективной. Оставшиеся кости и одежду мы смолотили в промышленном шредере и смыли в канализацию, после чего всё тщательно обработали дезинфицирующими растворами под высоким давлением. При всём желании ни один криминалист ни следа не найдёт, но… теперь для нас самих спускаться в подвалы стало не слишком приятно. А я, кажется, до конца жизни возненавидел подземные парковки.

— Попробуем сегодня, — сказал Дэн, — если не получится — уйдём утром.

— А смартфоны? — спросила Оля.

— Вот как раз поговорим с Лаоляном, чтобы до утра вопрос решить.

Дэтхин опаздывал на ужин, и Лаолян при мне позвонил ему, чтобы удостовериться, что всё в порядке. Судя по части разговора, которую я слышал, парень просто немного задержался в игровом клубе и уже спешил обратно. Лаолян пообещал оставить ему порцию лапши с паровыми булочками.

После ужина младшие дети отправились спать, а мы остались в гостиной с Лаоляном, поговорить о нашем плане. Ещё после возвращения я предупредил его, что у нас будут предложения и просьбы, и он ждал разговора.