– Я люблю тебя, Скотт Тернер.

Вот так сразу, запихнув руку голодной акуле в гребаную челюсть.

В тот момент мое дыхание застряло где-то между легкими и задницей. Мысленно я вводила в поисковую строку гугл: «Моментальный понос по фотографии» и представляла, как делаю снимок его надменной морды.

Тернер посмотрел на нее сверху вниз, сложил руки на груди и ухмыльнулся: «знаю».

«Ты проиграла, Ганстьянс», – читалось в его взгляде.

Отсчитывая каждую секунду, я не могла пошевелиться. Мое сердце разбилось вместе с сердцем лучшей подруги. Я смотрела на нее и просила Иисуса, чтобы он дал ей немного больше сил, чем обычно. Казалось, Мэйбл сейчас сорвется с места в слезах и просто убежит. Как делают героини драматических фильмов. Но как же я ошибалась. Она вернулась к широкому столу с пуншем, взяла целый чан и, раскачивая бедрами, поспешила к Тернеру, который весело смеялся со своей золотозадой командой ублюдков.

– Тернер. У меня есть для тебя кое-что, – с этими словами она опрокинула все содержимое на его белоснежный костюм.

Я зажала ладонями глаза, подглядывая через средний и указательный палец, ведь это был не конец.

Широко улыбнувшись, она разорвала свое изумрудное платье до колена, которое выбрала специально для него, и двинула ему со всей силы между ног.

***

– Что хотела от тебя эта блестка? – заглянув за мою спину, Мэйбл прожигает взглядом Сару-я-все-знаю, которая пригрозила мне адом. «Мне» и «Адом», почему это звучит так нелепо? Наверное потому, что это моя привычная среда обитания, не так ли?

– Перестань смотреть на нее. Ты поднимешь ей самооценку, – с усмешкой фыркаю я. – Это фанатка Маккейба.

– У нее нет шансов. Ты видела ее волосы? Они похожи на мочалку моего прадеда. А эти плечи? Она что, занимается плаваньем? Да у нее ни талии, ни задницы и…

– Мэйб,– перебиваю я. – Если ты пытаешься меня убедить, что я лучше ее, не стоит. Я и так знаю это. К тому же, если ей так нужен этот ангелочек, пускай забирает, – я наигранно улыбаюсь и пожимаю плечами.

– Ага. Я видела, как ты следила за ним, когда он оказался на льду. Прямо как Мистер Фогель, стоит мне разогреть в духовке его любимую соевую котлету.

Закатываю глаза и мотаю головой.

– Да признай уже, ты хочешь этого засранца. Он похож на гребаного бога, которого изгнали с Олимпа за то, что тот использовал суперсилу «Быть чертовски привлекательным».

– Нет, – продолжаю глупо улыбаться. – Он похож на придурка, который любит только свой зад. Самовлюбленные красавчики – не мой вариант.

– Попалась. Ты признала, что он красавчик!

Громкий гудок заставляет меня обернуться на табло. Штрафное время Маккейба закончилось.

– Мне пора, – быстро целую в щеку Мэйбл и направляюсь обратно в сторону скамьи своей команды.

О, боже. А обязательно так надо мной издеваться каждую, мать его, секунду? Кто-то навел на меня порчу или что со мной не так?

Танец стаи бешеных хоккейных заек в нелепых костюмах вызывает у меня мигрень. Неужели, они и вправду думают, что это охренительно круто? Их телодвижения напоминают роботов-экономок, которых создал какой-то безумный ученый, чтобы облегчить жизнь американских домохозяек. Лучше бы они взяли в руки тряпки, а не это блестящее дерьмо.

Останавливаюсь прямо напротив них и, скорчив похоронную гримасу, начинаю исполнять танец Уэнсдей из сериала. Мы выучили его с Ганстьянс сразу, как только закончили просмотр. И я с уверенностью могу сказать: я танцую его, как хренов профессионал своего дела.

– Что ты… – злобно начинает Сара-я-все-знаю, пока ее треп не прерывает диктор.

– Вы только посмотрите на это. Ханна Уэндел, дочь тренера команды «Воронов» решила преподать уроки танцев группе поддержки. Мне не кажется? Эта девчонка и вправду исполняет танец из популярного сериала «Уэнсдей»?

Его смех и демонстрация моей персоны на главном экране вызывает у меня улыбку. Резко подергивая плечами, я выставляю руки как зомби, и машу ими в такт музыке, хмуря брови и оборачиваясь на Мэйбл, которая танцует вместе со мной в стороне.

– Превосходно! Маккейб забивает шайбу в ворота «Термитов», пока их нападающий и капитан с непонятным выражением лица рассматривает происходящее на экране, вместо того чтобы следить за игрой. Командная работа Брайана и Ханны приносит «Воронам» еще одно очко. Молодцы, ребята! Айкел, в следующий раз относись получше к своим девчонкам, может, тогда они не будут танцевать на стороне твоих противников?!

Шум и смех трибун вызывает румянец на моих щеках, и я быстро сбегаю с места преступления, игнорируя недовольства поклонницы двадцать девятого.

Отец встречает меня подозрительным взглядом, но молчит. А вот на льду происходит то, чего я боялась больше всего. Айкел несется к Маккейбу, и я не успеваю издать и звука, как он сбивает его с ног, припечатывая к ограждению.

– Брайан! – кричу я, направляясь к выходу на лед.

– Остановись, – хватает меня за руку отец. – Тебе туда нельзя.