– Ха! Об этом я как-то не подумал! – откликнулся Стерлинг. – В самом деле, это снимает все возможные проблемы… Если он работает на правительство, мы лишний раз подтвердим, что являемся верными слугами Её Императорского Величества…

– Полагаю, мы в любом случае заработаем пару очков. Если вы уверены, что этот тип – не тот, за кого себя выдаёт…

– О, в этом я уверен вполне. Значит, вопрос можно считать решенным.

– Что же касается девчонки…

– Я лично позабочусь об этой крошке! – самодовольно заявил Стерлинг.

Ласка вдруг ясно представила себе выражение лица капитана, сальную улыбочку на его отвратительной жирной физиономии… «Пристрелю!!!» Девушка, задыхаясь от ярости, стиснула кулаки. Озорник нащупал её плечо, сжал предупредительно: «Тихо! Ни звука!». Мало-помалу Ласка успокоилась.

– Пожалуй, всё, что надо, мы узнали, – сказал Озорник во время очередной прогулки. – Пришло время покинуть «Буканьер».

– Как? Броситься за борт? – саркастически усмехнулась девушка.

– Именно так, – серьёзно кивнул Озорник. – Ты слышала когда-нибудь о прыгунах с монгольфьеров?

Ласка на секунду задумалась.

– С матерчатым куполом?

– Да, шелковый купол в ранце. Развлечение склонных к чрезмерному риску джентльменов… Или бедолаг, очутившихся на терпящем крушение воздушном корабле. Насколько знаю, этими штуками комплектуют нынче все дирижабли.

– Но я никогда…

– Я тоже. Придётся рискнуть, – Озорник проницательно посмотрел на девушку. – Не струсишь?

– Вот ещё! – зло сверкнула глазами Ласка. – Я казачка!

– Значит, решено; бежим сегодня ночью. А сейчас поспи немного. Силы тебе понадобятся, – подытожил Озорник.

Вернувшись в каюту, Ласка упала на свою койку. Мысли роились в голове, словно песчинки в струях родника – вспыхивали искорками и тут же гасли, уступая место другим… «Не засну!» – подумала девушка… И почти сразу погрузилась в сон.

***

Он разбудил её затемно. Чуть слышно жужжали моторы; это был единственный звук в тишине. Озорник приоткрыл дверь и выглянул в коридор.

– Никого нет, – прошептал он. – Нам надо попасть на нижнюю палубу: ранцы наверняка припрятаны там.

– Откуда знаешь?

– Логика. Аварийные люки находятся в днище гондолы, верно? Значит, спасательные средства должны быть поблизости.

Коридоры воздушного корабля были пусты. Девушка и её спутник беспрепятственно спустились по трапу вниз. Шум работающих механизмов слышался здесь явственнее. По потолку тянулись ряды труб, решетчатые конструкции, образующие каркас гондолы, казались в скудном, сочащемся из машинного отделения свете костями допотопного монстра. Озорник осмотрелся.

– Ага, так я и знал! Вот они висят, наши пропуска на волю… – тихонько пробормотал он.

– Уже покидаете нас? – раздался вдруг знакомый голос.

Ласка вздрогнула от неожиданности. Дверь машинного отделения открылась, и капитан Стерлинг, пригнувшись, чтоб не задеть низкую притолоку, шагнул им навстречу.

– Не смеем больше злоупотреблять вашим гостеприимством! – в тон ему ответил Озорник.

– Я как знал… – Стерлинг потянул рычаг на своём протезе – и стальные пальцы с лязгом сжались в кулак. – Бессонница, чтоб её…

Озорник двинулся навстречу капитану. Походка его вдруг сделалась мягкой, кошачьей – словно у готовящегося к прыжку зверя... Стерлинг, прислоняясь к переборке, с улыбочкой глядел на него – и вдруг, сорвавшись с места, бросился вперёд. Ласка даже вздрогнула – она никак не ожидала от этой грузной туши подобной стремительности! Железный кулак просвистел в воздухе; удар был нанесён с такой силой, что капитана развернуло – но цели своей он не достиг. За миг до этого Озорник сделал нырок вперёд, проскользнув под рукой своего противника – и нанёс ему два коротких удара, в горло и в живот. Лицо Стерлинга исказила гримаса боли. Он рухнул на колени, одновременно пытаясь достать Озорника, но опять не попал – протез врезался в металлический шпангоут, выбив сноп оранжевых искр. «Почему он не позовёт на помощь?» – удивилась девушка, и в тот же миг капитан сипло прошептал:

– Гарри! Хетуэй! Ко мне!

– Они вас не слышат, сэр, – любезно ответил Озорник. – По моему опыту, голос вернётся к вечеру, не раньше… И ближайшие пару дней вам будет очень больно глотать.

– Ах ты, мерзавец! – прохрипел Стерлинг и сунул руку за пазуху. – Сейчас…

Движение одноглазого было неуловимым. Вот капитан пытается встать, держась за выступ шпангоута – а вот он уже распростёрся ниц, уткнувшись физиономией в пол.

– Так, нам стоит поспешить... – Озорник взял со стеллажа туго набитый брезентовый ранец и кинул его Ласке.

– Ты убил его?!

– Я не такой кровожадный, – усмехнулся Озорник. – В том и проблема. Он в любую минуту может очнуться… Надо сказать, мистер Стерлинг оказался несколько более крут, чем я думал; впрочем, неудивительно. Одинокие волки вроде него ребята ушлые… Нет, эти ремни должны быть крест-накрест; одевай через голову…

– А ты здорово дерёшься! – уважительно сказала девушка, разбираясь с креплениями. – Хотела бы я так же уметь… Научишь, а?

– Учиться придётся долго… – Озорник, в свою очередь, надел спасательный ранец и подмигнул. – Кроме того, у женщин есть другие безотказные средства: нежный взгляд и кроткая улыбка… Зря фыркаешь: многие леди владеют этим оружием с поистине смертоносной эффективностью… Ну, готова?