– Но это значит, что… Мы можем выследить его! – глаза Джека заблестели.

– В Империи – да, шансы велики, – откликнулся Легри. – Именно так мы и вышли на его след в прошлый раз. Однако этот тип находится ныне в местах, где не существует ни телеграфа, ни даже дорог – одни лишь направления…

– Находился, – мягко поправил его Сильвио. – Мы не знаем, где он сейчас – и жив ли…

– Поэтому мы и вынуждены были обратиться к услугам фрау Мантойфель… – Легри коротко поклонился худощавой даме. – Очаровательная, если бы вы были столь любезны…

– Очаровательной я была лет двадцать назад! – поморщилась та. – Давайте ближе к делу, Огюст.

– Гм… Ну хорошо! – Легри бросил короткий взгляд через плечо, дабы удостовериться, что их никто не подслушивает. – Мы, представители Центрально-Европейской ложи в лице Огюста Легри, Сильвио Фальконе и Джека Мюррея просим о неофициальном содействии Великую Тевтонскую Ложу… В вашем, так сказать, лице…

– Значит, необходимо определить местоположение этого вашего Инкогнито? – фрау Мантойфель покопалась в своей сумочке и извлекла на свет лакированный портсигар.

– Для начала хотелось бы просто знать, жив ли он. А потом – да, местоположение и куда он направляется…

– Хорошо. Огюст, я вынуждена напомнить, что мои услуги обходятся недёшево…

– Разумеется… Вы примете чек?

– Пифии традиционно предпочитают наличные, но если он будет подписан вами – я сделаю исключение…

– Пифии? – переспросил Джек.

– Вы даже этого не знаете? – надломила тонкую бровь женщина. – Сильвио, на какой ступени посвящения находится ваш милый мальчик?

Мюррей слегка покраснел.

– Официально он принятый ученик… По сути же, причастен к некоторым высшим тайнам Ложи. Будь моя воля, Джек уже давно был бы посвящён в подмастерья; но вы не хуже меня знаете, как консервативны некоторые… – Сильвио Фальконе смущенно замолк и принялся вновь протирать очки.

Фрау Мантойфель задумчиво перебирала содержимое портсигара. Каждая из тонких, ручной скрутки сигарилл имела свою метку – черный ободок, один или несколько.

– Вопрос не из самых заковыристых, – пробормотала женщина. – Максимум вторая ступень сложности…

Нервные пальцы пифии извлекли сигариллу с двумя колечками.

– Угостите даму огоньком…

– Эмма, ради бога – вы что, намерены работать прямо здесь?! – в голосе Легри послышались панические нотки. – Может быть…

– Успокойтесь, мсье Огюст… Я уверен, фрау Мантойфель знает, что делает, – с этими словами Сильвио чиркнул спичкой.

Над столиком поплыли странные ароматы, ничуть не похожие на запах табака. Джек Мюррей с любопытством принюхался.

– А вот этого делать не стоит! – резко сказала фрау Мантойфель и затянулась. – Берите пример с ваших товарищей…

Джек бросил взгляд на Легри и Фальконе. Те откинулись на спинки стульев и явно старались не вдохнуть ненароком дымок сигариллы: француз даже достал носовой платок и прижал его к лицу.

– Джентльмены, кто-нибудь из вас объяснит, что тут происходит?! – осведомился Мюррей.

– Терпение, друг мой, терпение… Скоро вы всё узнаете…

Женщина продолжала курить, глубоко затягиваясь. Глаза её остекленели, движения сделались резкими и порывистыми, словно у марионетки в руках неопытного кукловода. Красноватый огонёк с каждой затяжкой приближался к пальцам. Джек поймал себя на том, что ожидает его прикосновения к нежной коже. Внезапно фрау Мантойфель выпрямилась, словно солдат по стойке «смирно».

– Время течёт, опадают увядшие листья,

Баржа по Сене уносит хранителя к морю,

Чёрною птицею вьется воздушный корабль,

Рыцарский панцирь сжимая стальными когтями.

Взгляд женщины застыл, неподвижно воткнувшись в пространство; зрачки сделались размером с булавочную головку. Джек Мюррей невольно поёжился: выглядело всё это жутковато.

– Она что, медиум? – осведомился он, понизив голос.

– Не совсем… Она – пифия; это древнее искусство почти утеряно ныне… Во всей Империи осталось лишь несколько мастеров… Сильвио, вы записали пророчество?

– Я запомнил, – Сильвио Фальконе осторожно извлёк окурок из одеревеневших пальцев фрау Мантойфель и затушил его в пепельнице. – С первой частью всё более-менее понятно; но вот вторая…

– Стало быть, мистер Инкогнито плывёт по Сене…

– На барже.

– На барже – и к морю… Должно быть, имеется в виду Ла-Манш, что же ещё?

– Пожалуй. Но вот касательно остального… В третьей строчке упомянут воздушный корабль; если это не метафора, он как-то связан с Инкогнито. А четвёртая… Рыцарский панцирь – что бы это значило? И стальные когти?