– Хочу, чтобы ты мне их нашел. По моей информации они вернулись в Россию.

Не хочу, чтобы эта сука приближалась к Маше. Зная добродушие последней, ничем хорошим такое общение не закончится.

– Ой, блин, прости! Ты их засадить, что ли хотел? Мне тебя расстроить придется – ничего не получится. Серег, извини, если бы я знал…, - игриво причитать начинает. – Ты ведь меня простишь по старой дружбе? Как-никак мы с тобой очень любим одного и того же человека. А его, человечка этого, хотели взорвать. Такое у нас не прощают, - вот теперь он становится предельно серьезным. – Никому пока не говори. Не все вопросы пока решены. Как только – вы их сами найдете.

Что тут скажешь? Руины собственной жизни мне ещё долго изучать придется. И, похоже, теперь и у меня от Маши секреты появятся.

– Не расстраивайся особо. Я слышал ты и с младшим Руфицким неплохо так развлекаешься, - Леху подобные темы изрядно забавляют.

В кухне загорается свет, и я теряю интерес к нашему с ним разговору.

Спустя минуты набираю Маше сообщение:

«Можем поговорить? Я приехал».

Ответ приходит незамедлительно. Она пишет, чтоб поднимался и подходит к окну. Выглядывает, ища меня глазами.

Такая же славная девочка, как и пару лет назад. Исполосовали при этом мы друг друга более чем.

Как только дверь в квартиру открывается, я встречаюсь с ней взглядом. Стоит перепуганная. В глазах гамма чувств, от страха до нежности.

– Что-то случилось, Сереж? Что-то с Сафи? Почему ты решил ночью приехать.

Как ей объяснить, что я сам себе больше вампира напоминаю, чем человека? Это настолько ненормальная тема, то лучше и не начинать.

С каждым днем моя крыша отъезжает всё дальше.

Из позитивного – общение с детьми.

– Всё в порядке. Хотел с тобой поговорить наедине.

– А-а-а, - тянет она, сложив губки в буковку «о». Резко несколько шагов делает. – Проходи. Чего мы стоим на входе. Я растерялась немного.

Да я и сам тоже.

Сказать хочется многое, но я понимаю – и половины озвучивать не стану.

Хочу, чтобы она восстановилась.

Я не уверен, что её характер в корне изменится, для многих такое невыполнимо. Но жить дальше и радоваться жизни, вполне. Просто нужен толчок. И убрать всё, что может заставить откату случиться.

– Мы с Коляшей сегодня пельмени лепили, ты будешь? – спрашивает она, словив мой взгляд в зеркале, пока я мытьем рук занимаюсь.

Наши глаза встречаются. Она немного мешкает, обхватывает ладонью локоть другой руки.

Один из её триггеров я…

– Я не голоден. Могу с тобой за компании посидеть. Опять забыла поесть?

– Да ну что ты! Мы с мелким налопались. У тебя завтра с ним всё в силе? Коля ждет.

Киваю.

– Конечно, я за ним утром заеду.

– Ты не останешься? Уже поздно, - она оглядывается по сторонам, словно хочет время на часах посмотреть, но они у нас на стенах нигде не висят.

– Поеду к себе. Мне с утра нужно на работу заехать, - и документы забрать. С сегодняшнего дня у меня официально появилась дочка.

– Так выход…, - начинает, но тут же спохватывается. Закрывает одну сторону лица ладонью. – Нет, пошли всё-таки, я съем что-нибудь сладкое.

Когда она запихивает в рот четвертую по счету конфету, ко мне понимание приходит – обязательно справится.

– О чем ты поговорить хотел? Кстати, за папу спасибо. Мы с ним уже несколько раз виделись. Первые два раза Миша нами был. Сначала я переживала, мы так долго не виделись, а потом с Колей его знакомила. Тоже непривычно, но последний раз мы с Коляшей и папой были втроем. Коллегу твоего не отвлекали.

Слушаю её внимательно, хотя всё это знаю и так. Миха изложился в форме рапорта: кто, что, где, когда и во сколько. Маша была в приподнятом настроении. Сын деда не испугался.

Отлично. Особенно, если брать в расчет слова Алексея. Когда Маша узнает, поддержка лишней не будет.

Маша начинает рассказывать мне их с сыном новости. В бассейне, где сын занимается, соревнования будут проходить. Мелкого отобрали. Я рад.

Слушая, рассматриваю её. На самом ли деле ей лучше?