— Я дарю вам по одному на выбор, милые девы! Так что соизвольте выбрать, — Гудрун довольно хмыкнула. — А сейчас пожалуйте к нашему скромному столу, немного согреемся медовухой да ячменной похлёбкой, вы уж явно с пути замёрзли и проголодались!

Женщины вальяжно расположились на широких и низких деревянных лавах, устланных тёплыми овечьими шкурами за небольшим уютным столиком возле жаровни. Заботливые селянки разливали по мискам ароматную похлёбку, а большие кружки были наполнены медовухой.

— Я вина привезла с собой красного несколько бочонков, передашь от меня своему брату, — Деми тепло улыбнулась рыжеволосой Гудрун. — Мои сопровождающие воины отдадут…

— Ваши сопровождающие уже обхаживают моих мастериц, от работы отвлекают, — Гудрун хохотнула, хлебнув медовухи из резной деревянной кружки.

— Да на здоровье! — графиня Грандвелл залилась своим звонким смехом с хрипотцой.

Женщины мило беседовали за трапезой, обсуждая рабочие моменты, что по весне грядёт стрижка овец да трудоёмкий процесс обваливания шерсти, также и говорили о жизни да новостях последних. Гудрун лишь печалилась, когда разговор зашёл о Малинде.

— Эта графиня словно заноза в моём теле, хозяйка отвратительная, да мать ужасная… Бедняга Сири аки сиротка, тянется ко мне, ведь от мамаши будто холодом веет… Та лишь шастает целый день по замку да наряды примеряет, нет ей дела до родной дочери! — жаловалась уже хмельная Гудрун, тяжко вздыхая, пригорюнившись.

— Никогда не любила эту змеюку, — процедила со злостью Катрин, которая с аппетитом уплетала похлёбку за обе щеки, явно забыв про свои манеры.

Внезапно скрипнула входная дверь и в помещение мастерской вошёл Вальтер, под его тяжёлой поступью прогибались дубовые напольные доски. Мужчина был в одной льняной рубахе, словно морозы ему нипочём, русые пряди волос его суровое лицо с резкими скулами, а взгляд серых очей казался острее клинка…

— Принёс ещё медовухи да ведро воды, как ты и просила, Гудрун, — молвил мужчина своим хриплым голосом, ставя ношу на пол и не сводя пристального взора с Катрин. Графиня Уотс на мгновенье застыла, завороженно разглядывая этого мужчину, дикая красота которого одновременно притягивала и пугала… На таких лучше издалека взирать…

— Нравлюсь? — бесцеремонно спросил Вальтер, пожирая взором смущённую вдову Уотс. У той зарделся на щеках румянец, опаляя кожу. Такой реакции на мужчин у сдержанной Катрин ещё никогда не наблюдалось.

— Ты опять пугаешь моих гостей, Вальтер? — Гудрун игриво приподняла бровь. — Нажалуюсь брату!

— Да хоть королю жалуйся, мне-то нипочём, — хмыкнул викинг, не сводя пожирающего и наглого взора с Катрин. — Коль что мне к нутру придётся, то от меня не уйдет, — прозвучало неоднозначно.

— Ступай-ка да займись своими делами, — проворчала Гудрун. — У тебя их невпроворот… Не смущай моих гостей!

Мужчина лишь самодовольно хмыкнул, продолжая нагло взирать на Катрин, которая уже была рада провалиться сквозь землю, лишь бы завершилась странная пытка диким взором этого свирепого на вид мужчины, затем он молча направился к выходу на улицу.

— Грозный ярл Вальтер, один из верных людей моего брата… Его Волком в народе прозвали, живёт аки изгой в своей усадьбе… Ульвар даровал ему надел земли в графстве Рендлшир неподалёку отселе, как раз у границы с Грандвелл… — вещала Гудрун, зачерпнув похлёбку из миски деревянной ложкой. — Вальтер хороший воин, поговаривают на поле боя свиреп аки волк, равных ему мало. Да в его жизни горе случилось, дом сгорел, где погибли его родители, братья и сестрёнка, — Гудрун вздохнула и покачала головой, а Деми смахнула со щеки слезинку, невольно вспомнив свою трагическую историю. Катрин также молчала, потупив задумчивый взор.

— Вальтер с ранних лет участвует в походах и сражениях, сейчас вот на мирные хлеба перешёл, кузница и коптильня, что на холме принадлежат ему, он лично строил это здание со своими работниками… А сам-то трудится с утра до ночи, иногда диву даюсь, спит ли он вообще… Его усадьбу именуют «обителью Волка», один он там живёт, нету у него жены… — сестра Ульвара отпила немного медовухи и вздохнула. — Женить бы его, да он весьма привередлив, никого не желает…

Время уже было вечернее, когда Деми с подругами вернулись в крепость Грандвелл, молодые женщины всю дорогу делились оживлённо своими впечатлениями от этой поездки. После позднего и сытного ужина они направились в свои опочивальни, изрядно уставшие.

Графиню Грандвелл одолел крепкий сон, едва её голова коснулась мягкой подушки. День выдался насыщенным, после длительного путешествия верхом требовался отдых. А на рассвете в двери её покоев раздался настойчивый стук, графиня вскочила с кровати, закутавшись в тёплую накидку. Сон как рукой сняло, сердце почуяло нарастающую тревогу…

— Ваше Сиятельство! — у дверей находился бледный и взволнованный слуга. — Беда… Крепость Рендлшира сегодня ночью была захвачена воинами Орма! К нам прибыли оттуда женщины с детьми, которым посчастливилось сбежать!