К сражающимся северянам примкнул небольшой отряд Этана, ринувшись в бой с пылким энтузиазмом. Сам лекарь метнул несколько копий и весьма удачно, отправив в мир иной пятеро человек. Но затем сделал вывод, что сражаться-то есть кому, а вот помощь раненым также нужна. Благо, необходимое с собой имелось и когда раненных оттаскивали подальше от места сражения, Этан поспешно обрабатывал и перевязывал раны, таким образом, спасая многим жизни.

— Глядите! Там ещё идут! — кто-то из воинов Джона указал в западном направлении, куда устремились взоры наблюдающих за сражением людей со стен крепости.

— Из Уинчестера! Людей ведёт младший Грандвелл! — раздался чей-то восторженный вопль. — Мы спасены!

Петер не стал дожидаться гонца из графства Грандвелл, который прибыл с сообщением о нападении. После нелицеприятного инцидента с Деми в его опочивальне королевского замка, на душе словно кошки скребли, совесть была неспокойной… Да, ещё и молчаливая супруга Этель вела себя так, словно ничего не произошло. Воистину мудрая женщина, она никогда не устраивала скандалов и сцен ревности. Просто на следующее утро, когда у Петера было жуткое похмелье Этель явилась в его опочивальню и сообщила, что передала послание Этельфледе с целью попросить военную помощь для защиты Грандвелл.

— Милберга вряд ли доставит это послание, моя милая Этель, — мрачно молвил тогда Петер, сидя на кровати и взирая в одну точку. — Я лично поведу отряд на защиту земель своего брата. Король Эдуард посодействует с помощью…

И подмога с Уинчестера оказалась весомой, точнее, решающей.

Тем временем в дикой кровавой вакханалии Бродди выхватил взглядом фигуру Орма, ведь он поклялся себе самому, да и всем своим воинам добыть его голову… Они схлестнулись в поединке, сидя верхом на конях и рассекая воздух боевыми топорами. Через какое-то время Орму всё же удалось свалить Бродди с лошади ударом своего оружия, северянин рухнул наземь, уже готовясь отправиться в Вальхаллу в объятиях валькирий, но всё же умудрялся уворачиваться от копыт лошади Орма. Враг попросту намеревался затоптать Бродди.

Охваченный безумным азартом, Орм поднял коня на дыбы. Всё происходило в какие-то считанные секунды, Бродди с ужасом узрел над собой передние копыта животного, в очередной раз уворачиваясь, но всё же не совсем успешно в этот раз, так как сильный удар пришёлся по плечу. Тело мужчины прошибло адской болью, Бродди осознавал, что не в силах встать на ноги. В следующий раз избежать участи затоптанным лошадью уже будет невозможно… И внезапно Орм вскрикнул… Лежащий на земле северянин на мгновенье приоткрыл рот и застыл наблюдая, как огромный топор-лабрис Эрика вонзился Орму в плечо. Следующий удар пришёлся по спине, всадник пошатнулся и рухнул наземь возле Бродди. Конунг уже успел встать на ноги, хотя ощущал головокружение и пронизывающую боль в плече.

Грандвелл молниеносно спешился и продолжил наносить удары своим устрашающим орудием по телу Орма, словно сейчас яростно уничтожал вселенское зло, того, кто посмел прийти на его земли и убивать… В этот момент Эрик был охвачен безумием, будто единственной целью был этот ненавистный враг. Порубать на куски… Разорвать на части… Он продолжал наносить удары, обагряя себя кровью Орма, ощущая себя палачом, вершащим справедливость. Лицо и руки Грандвелла уже были измазаны алыми брызгами крови врага, изрубленное тело которого валялось на притрушенной снегом мёрзлой почве.

— Я должен был убить его! — рыкнул Бродди, в его тёмных глазах отразилась досада. — Успел ты, Грандвелл! Порубал его, зверюга саксонский!

— Ты прибыл за его головой, так забирай свой трофей, Бродди! — прохрипел граф и одним ударом лабриса отсёк голову Орма. — Возьми свой трофей!

Застывший на миг шокированный Бродди лишь узрел, как Эрик мгновенно вскочил на коня и скрылся в пелене тумана, вторгаясь неистовым вихрем в гущу сражения.

Тем временем в смертельной схватке сошлись Атли и Ульвар. Рыжеволосый конунг первым ринулся к предателю, которому когда-то доверял и щедро вознаграждал за службу. Он считал этого ярла своей правой рукой после Олафа в землях Данелага. Но Атли перешёл на сторону Орма, а предатели должны быть казнены, все до единого. Ульвар искусно орудовал боевым топором, но всё же пропустил один удар, который Атли нанёс ему по локтю правой руки. Конунг молниеносно перехватил своё оружие левой, атакуя в ответ. Ярл всё же не удержался в седле и рухнул с коня, но тут же вскочил на ноги. Ульвар также спешился, продолжая атаковать противника.

— Ты умрёшь, крыса! — прохрипел конунг, нанося сокрушительные удары, в которые вкладывал всё свою огненную ярость и силу. В итоге Атли не выдержал дикого напора Ульвара, пропустив удар топором по лицу. Он беспомощно рухнул наземь, а глаза застилала кровавая пелена.

«Смерть на поле боя и от руки конунга… Бог Один примет меня в Асгарде…» — последняя мысль мелькнула в голове Атли перед тем, как его окутал холодный мрак.

Прибывший на земли Грандвелла Петер какое-то время напряжённо вглядывался в происходящую битву, оценивая ситуацию. Схватка викингов… Тут следовало разобраться, где свои и где враги… У воинов Орма щиты были выкрашены в красный цвет, Петер ринулся в атаку первым, ведя за собой отряд в две сотни человек. Этот момент битвы оказался решающим.

Наблюдающие за сражением со стен крепости люди кричали от радости, когда остатки отряда Орма начали отступление в сторону берегов Темзы.

— Открыть ворота крепости и присоединиться к битве! — прозвучал громогласный рык Джона.

— Изничтожить этих гадов! — вопил в приступе эйфории кто-то из воинов. — Смерть язычникам!

Находящиеся на галерее внешней стены крепости, люди в спешке начали спускаться вниз. Воины Джона были охвачены азартом присоединиться к сражению. Женщины не скрывали слёз радости и облегчения, многие истерично вопили, благодаря Господа за спасение. Почти все мужчины направились к центральным воротам, поперечная массивная балка была задвинута в паз каменной стены, а подъёмно-спусковой механизм активизирован. Массивные врата со скрипом упали, образовывая мост через ров.