В общем, траур тех, кто остался в особняке, ни в чём не уступал показательному трауру, который соберёт кучу знати и репортёров, а значит, мне там не место тем более. Не то чтобы это значило, что здесь я чувствовала себя на своём месте…

Телефон на тумбочке коротко завибрировал, и, приблизив его к лицу, я увидела сообщение от Мура.

«А если так? Похож?»

Я до последнего не догадывалась, о чём именно идёт речь, пока этот маньяк не скинул фотографию. Сравнение с Марсом оскорбило его даже сильнее, чем я предполагала, поэтому он решил напомнить мне, насколько велика между ними разница. В силе в том числе.

Оказывается, он навестил своего собрата в изоляторе, чтобы запечатлеть момент его окончательного поражения. Марса на снимке, казалось, от смерти отделял лишь миг, и дело не только в ранениях и истощении. Было что-то ещё, не имеющее никакого отношения к их драке, что-то к чему Мур был непричастен. Не страх, не боль и не ярость… лишь какое-то мрачное смирение. Бионик никогда бы не посмотрел так на своего врага, если бы тот оказался рядом с его хозяином. А значит, Вёрджила там не было.

Выключив телефон, я выдвинула ящик и кинула его внутрь для дополнительной изоляции.

Что это вообще, чёрт возьми, было?!

Последнее слово в споре? Предостережение? Провокация? Исповедь?.. Он знал, что, увидев фотографию, я пойму: он был в изоляторе именно во время трагедии. И следуя какой-то странной логике, оставил умирать сотрудников, но спас Марса.

Какой я должна была сделать вывод, узнав правду? Что ему тоже свойственно изощрённое, но всё-таки милосердие? Отнюдь, само существование этого снимка опровергало это. Он был садистом, делающим памятные фото своих жертв в самые худшие моменты их жизни.

Больно это признавать, но именно я его этому научила.

Я заснула лишь спустя пару часов, и это было зыбкое, болезненное состояние, не имеющее к отдыху никакого отношения. Я не помнила, что мне снилось, возможно, там были лишь ощущения и голоса… много голосов… вычленив из хора один, я проснулась, напуганная.

– Эй, Кэс, как тебе спится? После той кровавой вечеринки, устроенной в твою честь? В доме, в который тебя привёл я? На кровати, на которой ты забавлялась со своим «личным оружием», пока я валялся в изоляторе?

Распахнув глаза, я уставилась прямо перед собой. Мягкий янтарный свет заливался в комнату через окно, окрашивая пол, стены и мебель в цвет карамели. Вечерело.

Никого.

Тяжело дыша, я пару раз моргнула. Сон? С каких пор они стали такими пугающе реалистичными?

– О, судя по твоему дыханию, ты проснулась. Что тебе снилось? Снова я?

Подскочив, я обернулась, набирая воздуха в грудь, чтобы закричать. Но вместо Арчи увидела низенькую женщину с телефоном в руке. И судя по её взгляду и мелкой дрожи рук, горничная была напугана даже сильнее меня.

– Молодой господин позвонил, спрашивал про вас… Он сказал мне прийти к вам и когда узнал, что вы спите, попросил поднести телефон ближе. Я всего лишь делала, как мне велено, – начала оправдываться она сбивчиво, шёпотом, хотя в этом не было никакой нужды.

Я всё понимала. Пусть Арчи и сбежал, прислуга не перестала ему подчиняться, скорее даже его «просьбы» стали исполняться ими с куда большей тщательностью и охотой. Потому что они понимали, что на месте работников изолятора мог оказаться любой из них, их друзей и близких. Арчи ведь никогда не лень спустить курок.

Протянув руку, я забрала у женщины телефон и, проводив её взглядом, поднесла его к уху.

– Чего тебе?

Кажется, Арчи не ожидал, что разговор начнётся именно так.

– Просто… ну, хотел узнать, почему ты пропустила другую вечеринку. Я ждал тебя, между прочим. Принарядился и захватил с собой кое-какие аксессуары… девятого калибра, ну, знаешь.

– Что? О чём ты, чёрт возьми? – спросонья я не сразу поняла, что он имел в виду похороны.

– Почему там появился лишь Он? Вы поссорились? Или же наоборот, мой «дядя» слишком утомил тебя своей любовью, и ты осталась набираться сил перед следующим заходом? – его елейный голос сочился ядом.

– Ты… - Я нахмурилась. – Только не говори, что ты пошёл туда.

– Само собой, это же похороны моего любимого деда и главы.

– Как ты посмел…

– А почему бы и нет? Кто может мне запретить? Я всё ещё один из Рэмиры, без разрешения босса меня нельзя изгнать… Ах да, ведь я и есть босс.

– Как ты посмел?! – закричала я, вскакивая на ноги. – Как ты посмел сунуться туда? Показаться им всем на глаза? Одного убийства тебе мало, тебе обязательно надо было превратить трагедию в фарс? И ты ещё спрашиваешь, кто может тебе запретить?! Совесть хотя бы, если не страх!