Но Арчи сам нашёл меня, и, когда я его увидела, почувствовала себя отомщённой. Он шёл по берегу нетвёрдо, постоянно поднося руки к лицу. Он выглядел таким несчастным, что я даже решила, что его лишили наследства. Никогда раньше не видела, чтобы он распускал сопли…

– Что это с тобой?

Он не заметил моего приближения, а когда обернулся, рухнул на колени.

– Ты… это, правда, ты? – Он нерешительно протянул руку.

– Ты бы завязывал с наркотиками, Арчи.

– Тебя не было в больнице… Мне сказали, что ты умерла… И дома у тебя никого…

Ясно.

На моё место определили безнадёжную пациентку, а когда Арчи вспомнил обо мне и решил навестить, медсестра уже прибирала вновь освободившуюся койку. Добрая женщина и сообщила ему скорбную новость. Не веря, Арчи бросился ко мне домой, но ему никто не открыл. В бункере тоже не было никаких следов моего возвращения.

Прошло три часа, он уже почти привык считать меня мёртвой.

– Ты могла бы мне позвонить! – вскричал Арчи. На место облегчения пришёл праведный гнев.

– Зачем? Я так поняла, ты слишком занят алтарями и столбами. Или школой. Выпускной класс всё-таки. Экзамены.

– Слушай… Чёрт!
– Он вытер лицо рукавом. – Мы встретились с парнями. Всё лето не виделись, заболтались, пошли отмечать. Я обо всём забыл.

– Да брось, не оправдывайся. Ты и так не обязан был меня навещать.

Мои родители ходили ко мне раз в неделю. Другое дело, что они не пропустили ни одну неделю, а он – нарушил слово.

– Прости, Кэс. – Он пошёл следом. – Кэс. Кэс…

Он словно кошку подзывал.

– Забудь.

Я подумала: какая разница? Он всё равно собирался убраться отсюда, как только ему стукнет восемнадцать. Пара месяцев - и все его слова, обещания, поступки, намерения перестанут иметь какое-то значение.

Не нужно было ему вообще туда ходить. То, что я привязалась к нему именно перед его отъездом, казалось подлым. Лучше бы он и дальше продолжал тусоваться со своими дружками-пофигистами, они бы перенесли разлуку с ним безболезненно.

Но, как оказалось, дело тут было совсем не в дружках.

Вернувшись в школу, я встретила школьных сплетниц. Они прятались за складскими стеллажами, куда меня отправили за материалами для демонстрации.

– Эта новенькая теперь с Артуром Шеллом.

– Она красотка…

– Поиграет и бросит. Как всегда.

– Не зна-а-аю. Ни за одной девчонкой он так долго не бегал. Ни на шаг ведь не отходит.

– Говорят, у них уже было. Ну, вы поняли.

– Врёшь!

– Мне Мар сказала, а она разговаривала с Бэт. Да и Джой не даст соврать.

Я вышла с ящиком, в котором что-то звенело.

Заболтался с друзьями, значит.

– Кассандра, - сказала учительница, заглядывая в ящик. – Ты принесла химические колбы на урок истории.

Класс затрясло от хохота.

– Видимо, гены твоих родителей дают о себе знать. Ты тоже станешь известным учёным, не сомневаюсь.

В тот момент я как никогда готова была стать известным убийцей. И мне нужен был план.

Отпроситься в туалет, выйти из класса, найти Арчи и прикончить его на глазах его подружки.

Лжец! Он мог предать меня, но не Его. Этого я не могла позволить.

Я отпросилась в туалет.

Пока я умывалась холодной водой, старшие девчонки курили, запершись в одной из кабинок.

– Они переспали, точно тебе говорю.

– Гонишь.

– Спроси у неё сама, она не скрывает. Говорит, что он предлагал ей сбежать вместе. И она согласна. Денег у него – куча.

Да какого хрена?!

Я уставилась на собственное отражение в грязном зеркале. Не удивительно, конечно, что он вообще забыл о моём существовании. Спорю, его подружка выглядит не так дико. Модная, милая, на всё согласная принцесса. Побег двух влюблённых – это так романтично…

Испустив беззвучный вопль, я вышла уже полностью успокоившаяся.

Пускай убирается, решила я. С ней или без неё – разницы никакой. Пускай убирается, и тогда Побережье вновь станет только моим. И мне ни с кем не придётся делить Его милость.

Мне не терпелось вернуться к Нему, но день тянулся безумно долго. В столовой я начала подумывать, не бросить ли всё к чертям. Уже одно то, что я находилась с Арчи под одной крышей, не позволяло мне думать об уроках. Оставаться было бессмысленно, даже опасно.

Но, так как я уже отстояла половину очереди, нужно было забрать паёк.