– Нет, не должна, - сказал Энсон, подходя ко мне и проводя рукой по моей пояснице.
– Это неуважение, и оно недопустимо. Если это произойдет, другие члены стаи могут подумать, что это нормально, тогда она нацелятся на тебя.

Желудок сжался.

– Почему они захотят нацелиться на меня?

Кин бросил на меня сочувственный взгляд.

– Многие люди хотят быть на вершине. И им может не понравиться, что новая девушка пришла и заняла это место.

– 46-

– Ты здесь!

Маленькая фигурка врезалась в меня, заключая в объятия, и я не смогла сдержать смеха, который так и рвалась из меня.

– Криспин, я скучала по тебе.

Он запрокинул голову, широко улыбаясь мне.

– Я тоже скучал по тебе. Папа сказал, что ты пробудешь здесь какое-то время.

Я взглянул на Сэма, когда он вошел в сторожку.

– Так и есть. Привет, Сэм.

– Привет, Роуэн. Малыш был на седьмом небе от счастья, когда я сказал ему, что ты здесь.

– Я не малыш, - проворчал Криспин.

Сэм сжал губы, чтобы удержаться от ухмылки.

– Большой парень, извини.

Криспин вложил свою руку в мою.

– Мы сегодня завтракаем с тобой, но больше никто не придет.

Я вопросительно посмотрела на Сэма.

Он послал мне ободряющую улыбку.

– Мейсон не хотел ошеломлять тебя с ходу и думаю, что были некоторые вещи, о которых он хотел поговорить.

Я подавила стон, который хотел вырваться наружу. Что еще должно было ввести меня в заблуждение?

– Завтрак готов, - крикнул Кин, высунув голову из обеденной зоны. Он кивнул Сэму и Криспину.

– Привет, ребята.

Мы направились туда, где пахло восхитительным пиршеством. У меня заурчало в животе. После сцены с Жасмин у меня вчера не было особого аппетита. Я провела большую часть дня, делая наброски на задней веранде, в то время как Холден прятался с отцом, а остальные ребята работали над домашним заданием.

Мне нужно было погрузиться в рисование пастелью на бумаге, осмысливая события последних нескольких дней. Ребята, казалось, почувствовали это, держась поближе, но давая мне пространство на некоторое время погрузиться в свои мысли. Я не нашла никаких реальных ответов, но почувствовала себя немного менее возбужденной.

Одна из задних дверей сторожки открылась, и появился Вон. Криспин встал между мной и Воном, как будто мог защитить меня. Губы Вона дрогнули.

– Доброе утро, Криспин.

– Мне нравится Ро, и я не хочу, чтобы ты причинял ей боль.

Мое сердце заколотилось в груди. В заботе Криспина обо мне было тепло, а в том, с чем Вон сталкивалась ежедневно, - боль. Я обошла Криспина и направилась прямо к Вону, обхватил его руками за талию, я притянула его ближе в объятиях.

– Вон не причинит мне вреда.

Вон застыл на мгновение, а затем его руки медленно обвились вокруг меня. Я могла поклясться, что моя душа вздохнула, почувствовав себя каким-то образом менее напряженной. Вон сжал мою талию.

– Ты не можешь быть так уверена. Возможно, я не всегда контролирую ситуацию.

– Я доверяю тебе, - прошептала я.

– А не должна.

Кто-то откашлялся, и Вон опустил руки, отступая от меня. Мейсон одарил нас натянутой улыбкой.

– Пожалуйста, иди поешь. Нам есть что обсудить.

От его слов у меня пропал аппетит. Я обмотала концы своих браслетов вокруг пальца, перекрывая кровообращение.

Вон положил ладонь мне на поясницу.

– Все будет хорошо.

Я медленно втянула воздух и кивнула, двигаясь вперед. Обеденная зона находилась по другую сторону камина. Вокруг было расставлено по меньшей мере двадцать столиков, и меня кольнуло чувство вины из-за того, что я, вероятно, отстранила стаю от их обычной традиции завтракать.

Пристальный взгляд Кина остановился на мне и его брате, и он улыбнулся.

– Джейс приготовил печенье с подливкой. Ро, это лучшее, что ты когда-либо пробовала.

Мы с Воном сели рядом с Кином. Сэм и Криспин сели по одну сторону от Мейсона, а Холден и Лукас - по другую. Энсон вышел из кухни и, подмигнув, поставил передо мной диетическую колу.

От этого простого жеста у меня защипало в глазах.

– Спасибо.

Он наклонился и быстро поцеловал меня.

– Я должен позаботиться о своей девочке.
– Вон издал негромкое рычание, но Энсон только закатил глаза.
– Нашей девочке, ты знаешь, что я имею в виду.