– Только маленькую капельку.

Я закрыла глаза, и Криспин сжал мою руку, но я почти ничего не почувствовала. Минуту спустя Сэм прижал ватный тампон к моей руке.

– Готово.

Я резко распахнула глаза.

– И это все?

Сэм рассмеялся.

– Неплохо, правда?

– Совсем не плохо.

Но когда я посмотрела на флакон с темно-красной жидкостью, то не могла не задуматься, способен ли этот маленький контейнер снова перевернуть мою жизнь с ног на голову.

– 47-

– Как думаете, мы могли бы сегодня прогулять?
– спросила я, когда мы заехали на школьную парковку.

Сегодня мы отказались от двух машин, и все погрузили в «Рейндж Ровер» Энсона. Я видела, как головы поворачивались в сторону внедорожника, пока мы пробирались сквозь лабиринт машин.

Энсон бросил на меня дьявольский взгляд в зеркало заднего вида.

– Мы могли бы пойти ко мне домой и...

Холден отвесил ему подзатыльник.

– Последнее, что нам нужно, это чтобы из школы позвонили отцу Роуэн и сказали ему, что ее она прогуливает.

Я не слышала ни звука от отца после того единственного текстового сообщения. Никаких «как дела?» Никаких «Мне жаль». Ничего.

Энсон заехал на свое обычное парковочное место.

– Отлично. Мы можем хотя бы вернуться ко мне после школы?

Холден покачал головой.

– Отец хочет, чтобы мы вернулись в лагерь.

Кин застонал.

– Мейсон снял запрет на посещение лоджа после завтрака, так что ты знаешь, люди будут ползать повсюду, желая взглянуть на Ро.

Желудок сделал здоровое сальто, когда я заерзала на сиденье. Лукас переплел свои пальцы с моими, его тепло разлилось по мне.

– Не волнуйся, мы можем спрятаться в комнате Холдена, если понадобится.

– Или пойти в нашу с Воном хижину, - предложил Кин.

– Я не могу прятаться вечно, - тихо сказала я.

Лукас провел большим пальцем вперед-назад по моей руке.

– Нет, но тебе не нужно слишком сильно напрягаться сразу.
– Он поморщился.
– Но мои родители и младшая сестра действительно хотят с тобой познакомиться.

Родители. Я привыкла к тому, что так мало у кого из парней были родители, что почти забыла, что у Лукаса они были.

– Конечно, они хотят.
– Желудок скрутило. Что, если я не была той, кого они хотели для своего сына? Что, если им не понравится тот факт, что у меня еще четверо парней, кроме него?

Лукас наклонился, уткнувшись носом мне в шею.

– Они полюбят тебя.

– Я бы предпочла, чтобы они не ненавидели меня.

Холден повернулся и посмотрел мне в глаза.

– Родители Люка - самые милые люди на свете. У тебя не будет с ними никаких проблем.

– А как насчет остальной стаи?
– пробормотала я.

Энсон заглушил двигатель и повернулся на сиденье.

– Я не совсем Мистер Популярность, когда дело касается стаи. Вместе мы можем быть белой вороной.

Холден хмуро посмотрел на Энсона.

– Ты не паршивая овца, и Роуэн тоже.

Энсон пожал плечами.

– Меня также не совсем встречают с распростертыми объятиями. Я просто хочу, чтобы Ро знала, что она не одинока, если почувствует, что к ней относятся холодно.

Я подалась вперед, обхватив Энсона за руку и прижавшись лбом к его лбу.

– Ты тоже не одинок. Никогда больше.

Благодаря самоуверенности Энсона я забыла, каким изолированным он часто чувствовал себя.

Энсон глубоко вдохнул, уткнувшись лицом мне в шею.

– Правда, черт возьми, жаль, что мы сейчас на школьной парковке.

Я не могла сдержать смеха, который так и рвался из меня наружу. Я отпустила руку Энсона и обхватила его лицо ладонями, наклоняясь для медленного поцелуя.

– Черт возьми, - пробормотал Кин.
– Это будет долгий день.

Я отпустила Энсона и откинулась назад, прижимаясь губами к шее Кина.

– У тебя все получится.

Он обнял меня одной рукой и поцеловал в макушку.

– Едва ли.

– От того, что мы сидим здесь, легче не станет, - сказал Холден, открывая дверцу машины.

Я вздохнула и перегнулась через Кина, открывая и нашу дверь.

– Пойдем.

Кин выскользнул наружу, затем я, и Лукас даже последовал за нами, вместо того чтобы выйти со своей стороны. Я оглянулась на него, вопросительно приподняв бровь.