Рори не нашел в этом ничего смешного. Скандал был в разгаре, когда раздался звонок. Рори пошел открывать. Я запихнула сумку с ее содержимым под кровать. В комнате несло духами как в борделе.

Финн вошел с каменным лицом, но, увидев меня, улыбнулся. Рори стоял спиной к камину, не сводя с нас глаз.

– Не беспокойтесь, Рори, я не задержусь, - сказал Финн, взяв меня за руку.

– Я останусь здесь, если вы не возражаете, - сказал Рори.

– Возражаю, - огрызнулась я.
– Когда вы тут оба, я чувствую себя подопытным кроликом.

– Я могу отвернуться, если хочешь, но вы рукам воли не давайте, доктор.
– Рори повернулся к окну, насвистывая Моцарта.

– Как ты себя чувствуешь?
– спросил Финн.
– Аппетит есть?

– Волчий, - сказал Рори.

– Ничего подобного.
– Я схватила Финна за руку.

– Тебе незачем щупать пульс доктору, Эмили, - сказал Рори.

– Да замолчи ты.

Финн немного походил на солидную рабочую лошадь, под ногами которой, огрызаясь друг на друга, крутится пара дворняжек.

– Это несправедливо, - сказала я потом Рори.
– Стоит только посмотреть на вас с Мариной.

– Речь не обо мне и не о Марине.
– Глаза Рори раздраженно блеснули. В углу Вальтер Скотт, урча, грыз вешалку.

– Вальтер возмущен твоим поведением, - сказала я.
– А уж он-то знает все про собак на сене.

Глава 28

Прошла неделя. Я выправила корректуру каталога выставки Рори. Он работал без отдыха, создавая какие-то буйные, мятущиеся, напряженные образы: безногие младенцы, ищущие пути в мир живых; искаженные родовыми муками лица женщин. Это были безобразные, чудовищные и в то же время неимоверно впечатляющие композиции. Мне впервые пришло в голову, что Рори не остался равнодушным к потере нашего ребенка.

Он был весь как минное поле: стоило сделать один неверный шаг, и он взрывался, и вспыхивающий пожар мог тлеть часами. После посещений Финна все было еще хуже.

С каждым разом Финн казался все более отчужденным. Я не могла с ним даже поговорить, потому что Рори не сводил с нас свирепого взгляда. Выходило ужасно неловко.

Однажды ночью я проснулась и увидела стоявшего около постели Рори. Огонь в камине догорал. За окнами, как гигантский питон, шевелилось море.

– В чем дело?
– спросила я встревоженно.

– Я кончил последнюю картину.

Я села, протирая глаза.

– Вот и умница. Ты работал всю ночь?

Он кивнул. Под глазами у него легли огромные тени.

– Ты, наверно, ужасно устал?

– Есть немного. Я думаю, нам нужно это отпраздновать.

Он налил два бокала шампанского.

– Который час?
– спросила я.

– Около половины шестого.

Я отпила глоток. Шампанское было ледяное и восхитительное на вкус.

– Нам бы следовало сидеть на скамейке среди роз, - сказала я, смеясь.
– Ты в парадной сорочке, перепачканной моей помадой, а я в вечернем туалете с ниткой жемчуга на шее.

Он засмеялся и сел на постель. Внезапно я почувствовала себя как на угольях - как будто я была девственницей, и мы никогда вместе не спали.

Слегка наклонившись, он смахнул со лба прядь моих волос, и тут это случилось. Снова обрело силу былое волшебство, прежние чары завладели мной.

Рори, казалось, не замечал происшедшей со мной перемены.

– Тебе надо было бы поспать, - сказала я.

– Мне надо укладывать холсты. Бастер захватит их в Лондон на своем самолете.
– Не глядя на меня, он добавил:

– Он меня подбросит в Эдинбург.

Паника овладела мной. Сегодня четверг. У Марины по четвергам урок пения. О Боже, он летит к ней.

– Зачем тебе в Эдинбург?
– спросила я холодно.

– Увидеться с одним американцем по поводу выставки в Нью-Йорке. И двое журналистов хотят поговорить со мной о моей лондонской выставке.

– Когда ты вернешься?

– Вечером. Мать дает вечер в честь моей тетки. Она сегодня приезжает из Парижа. Ты приглашена. Думаю, тебе следует пойти. На них - мою мать и тетку - стоит посмотреть, когда они вместе. И тебе полезно проветриться.

Я откинулась на подушки, стараясь удержаться от слез. Наклонившись, Рори поцеловал меня в лоб.

– Постарайся еще поспать, - сказал он.

Глава 29

Пока его не было, пришла миссис Мэкки, наша уборщица. Ее болтовня довела меня до белого каления. Я вымыла голову и заперлась в студии, чтобы как-то спастись от нее.

Вдруг в дверь постучали.

– К вам пришли, - сказала миссис Мэкки.

Вошла Марина.

У меня было такое чувство, как будто у меня из самого сердца вынули занозу. Значит, Рори поехал в Эдинбург не для того, чтобы с ней встретиться? Мне хотелось броситься ей на шею.