Старшая группа, младшая группа… всё понимаю и спорить не хочу. Инге, как и Анне, действительно нужна уверенность в себе и своих силах. Они считают себя моими ученицами, я их называю своими ученицами, но им жизненно необходимо зримое подтверждение этого факта. Особенно Инге. Уж я-то знаю, как тяжело бывает этой егозе изображать из себя фонтан оптимизма, когда старшие девчонки творят всякую мистическую дичь, на которую она сама не способна. Ничего, мелкая, дай-то срок, я из тебя сделаю мастера. Как минимум!

Но вот блюфростов в эту поездку я точно брать не планировал! И их мнение на этот счёт учитывать не собираюсь. Я сказал!

Почуявшие моё недовольство, крутившиеся у нас под ногами щенки осели на толстые задницы и уставились на меня печальными взглядами. Да ну на фиг! Мало мне детского сада в поездке, так ещё и зоопарк с собой тащить? Участники фестиваля будут в ауте, полагаю. Нет уж…

Короткий эмоциональный посыл и… блюфросты, подобравшись, резво порысили ко входу в особняк.

— Я думала, они будут проситься с нами, — растеряно протянула Оля, глядя вслед уверенно чешущим прочь щенкам.

— Они бы и просились, — отозвался я. — Но я объяснил, что не хочу оставлять охрану и защиту норы лишь на неуклюжих двуногих. И они согласились присмотреть за домом твоего батюшки в наше отсутствие.

— Какие молодцы, — деланно умилённо покивала Оля и, заметив, как Нахал «грозно» рычит на не успевшего убраться с пути щенков охранника, тихонько рассмеялась. — Кажется, они восприняли твой посыл очень серьёзно. И теперь будут строить отцову дружину по своему разумению.

— Да, полагаю, это будет весело, — усмехнулся я. — По крайней мере, первые пару дней. А вот потом…

— А потом мы вернёмся, — кивнула Ольга и, сделав паузу, договорила: — и нас объявят защитниками и спасителями от авторитарного правления четырёх всадников Апокалипсиса.

— Толстого, Нахала, Хитрой и Малой, — поддержал я пафос жены.

— Во всяком случае, это звучит лучше, чем Глад, Мор, Война и Смерть, — заметила она.

— Ну, вы долго там будете шушукаться? — прервал наш разговор возглас Инги, уже успевшей забраться в первый из двух гробоподобных чёрных вездеходов с боярскими флажками над крыльями и теперь нетерпеливо подпрыгивающей на кожаном сиденье. — Время не ждёт!

— И что-то не вышло. Глядя в свою телефонную книжку… [23] — на автомате промурлыкал я, придерживая дверь машины для Ольги.

— Это что? Откуда? — тут же заинтересовалась она, но я отмахнулся, устраиваясь рядом с ней на заднем диване.

— Услышал где-то, сейчас вот вспомнил, — пробормотал в ответ и, заметив взгляд водителя в зеркало заднего вида, захлопнул дверь. — Командуй полный вперёд, Фёдор Алексеевич.

— Понял, — отозвался водитель и, пробормотав пару слов в гарнитуру, тронул машину следом за головной.

А на Ходынке нас уже ждал «Борей» и довольный предстоящим полётом Рогов, не поленившийся лично сесть за штурвал аэродина ради такого случая. А ведь я поначалу хотел добираться до места проведения фестиваля обычным гражданским рейсом… Но, узнав об этом намерении, майор «Гремлинов» встал на дыбы, отстаивая своё право на доставку нашей компании в Европу, и спорить с ним я не стал. Последние дни для Рогова выдались уж очень шебутными и заполненными огромным количеством бумажной работы на Апецке, и любимое хобби должно дать ему возможность немного «отпустить вожжи» и расслабиться. Жоре это, кажется, необходимо.

Три с половиной часа в пути, и вот уже под нами Хехинген — маленький пряничный городок в Баден-Вюртемберге, уютно устроившийся под крылышком своего покровителя, имперского князя Виктора Шенка фон Штауфенберга, экселенца и личного поверенного рейхсканцлера Второго Рейха.

Красные черепичные крыши фахверковых зданий, булыжные мостовые и общий старинный дух древнего городка, помнящего ещё поступь римских легионов, не нарушали даже признаки надвигающегося фестиваля. Уж очень органично смотрелись на его улицах и площадях украшавшие их цветные гирлянды, праздничные летающие фонари и хлопающие на ветру флаги, от геральдического шика и разноцветья которых порой начинало рябить в глазах… И толпы праздношатающегося люда, конечно. Среди которого то и дело попадались компании в одинаковой и подчас весьма странной одежде.

— Надо скорее заселиться в отель и переодеться в нашу форму, — провожая взглядом компанию молодых людей в синей форме довольно свободного кроя, проговорила Лина.

— У нас есть форма? — удивился я и, поймав недоумённые взгляды учениц, хмыкнул. — Что? Я впервые слышу об этом.

— Есть у нас форма, есть, — погладила меня по руке Оля. — Я просто не стала беспокоить тебя такой ерундой.

— Моя жена — ангел, — довольно улыбнувшись, сообщил я всей нашей компании под смешки близняшек. Елизавета с Марией только покачали головами, а Леониду и мелким… ну, они были заняты разглядыванием празднично украшенной улочки, по которой мы шли к отелю, и, по-моему, просто пропустили мои слова мимо ушей.