— Опять ты врёшь... думаешь, я совсем ничего не понимаю? Твой бой с этим одноглазым парнем был совершенно на другом уровне. Но всё равно спасибо. Я знаю, ты просто хочешь помочь мне стать сильнее. И я благодарна тебе за это, правда.

Молодая некромантка встала со стула и села на край кровати, смотря мне прямо в глаза. Я мог чувствовать её дыхание на своей оголённой груди. Кто вообще придумал раздеть меня?

В её тёмно-ореховых глазах отражалась луна, близкая к своей полной форме.

— Саша... я… я не знаю, как мне это сказать, но...

Голос девушки путался, словно она разом забыла все слова. Я не решился её прерывать.

Она немного помолчала, собираясь с силами, а потом выдала как на духу:

— Я люблю тебя! — Невидимую плотину, которая сдерживала её всё это время, словно прорвало. — И это не какая-то дурацкая подростковая влюблённость... то есть, поначалу она, конечно, была такой, но лишь поначалу. Узнав тебя лучше, я поняла, что мои чувства настоящие. Прости, что скрывала это от тебя. Вся эта моя напускная холодность или агрессия... всё это было лишь маской, которую я надела, боясь признаться тебе в моих истинных чувствах.

В комнате повисло молчание. Не выдержав, она попыталась встать, но я схватил её за руку и притянул поближе.

— Раз уж ты решила раскрыть все карты, то и я в долгу не останусь. — Я взял себя в руки. — Лера, я тоже испытываю к тебе кое-что. Я не знаю, можно ли это назвать любовью. Я вообще не уверен, что знаю, что такое любовь. Но я точно знаю, что всё что в тебе есть, от этих белоснежных волос до переменчивого характера, всё это близко мне по духу. Я принимаю твои чувства... м в то же время, я должен предупредить тебя кое о чём.

Белкина едва заметно вздрогнула.

— О… о чём?

— Я вырос при особенных обстоятельствах. Не знаю, как это было принято в твоей семье, но в моей мужчинам было разрешено иметь сразу несколько жён. И я не являюсь исключением из этого правила.

— Ты хочешь сказать...?

— Да, Лера. Я не моногамен. Если мы перейдём к серьёзным отношениям — а я всегда отношусь к такому серьёзно — ты должна быть готова к тому, что не будешь для меня единственной.

В голосе девушки была грусть:

— Это... это неприятно, но я согласна и на такие отношения.

Мой голос стал серьёзным:

— Ты точно понимаешь, о чём я говорю? Потому что тебе таких вольностей я разрешать не буду. Я всегда был большим собственником и никогда не любил ни с кем делиться. Даже так, ты по-прежнему согласна?

— Да.

Я крепко её обнял.

— Спасибо. Я… я правда ценю это.

Глава 20. Плохие знамения

Местоположение неизвестно

Сколько уже это длится? Я потерял счёт времени. Такой дикий и в тоже время искренний акт первой в моей жизни любви стал для меня откровением, которое я был не силах выдержать.

Вздохи, стоны, неловкие движения — всё это заставило мой разум перейти в автоматический режим, настолько сильной была захватившая меня эйфория.

Процесс подходил к своему логическому окончанию, когда я почувствовал, что теряю связь с физической реальностью. Мою душу, мой разум, мою Ки — всё это засасывало в края, которых я никогда раньше не видел. Хотя нет, это место мне знакомо!

Это было похоже на то место, где я впервые почувствовал свою Искру. Только это была не моя душа, поскольку источник внешней энергии здесь был лишь один. Небольшая, но яркая белая Искра освещала тёмное пространство вокруг меня. Я осторожно приблизился к ней.

Было в этом свете что-то знакомое, что-то дружественное. Моя Ки, без моего ведома, материализовала правую руку. Инстинктивно я потянулся к единственному источнику освещения в этом месте.

Холодная. Это была моя первая и, пожалуй, единственная мысль об этой загадочной Искре.

То, что произошло дальше, озадачило меня больше всего. Маленький кусочек белой Искры отделился от неё и без моего разрешения вошёл внутрь моего сердца, прямо в мою душу.

"Боже, Александр! Даже на минуту тебя нельзя оставить. Немедленно отойди назад!"

Я развернулся и увидел Эдгара.

"Что это, учитель?"

"Источник её силы. А ты, я вижу, время не терял. Когда ты успел обучиться этой технике? Разве я рассказывал тебе, как её использовать?"

До меня начал доходить смысл происходящего.