"Прошу тебя, успокойся, Эдгар. Позволь мне расследовать это дело. Обещаю, я сделаю всё, что в моих силах."

Я не осмелился трогать её останки и вернулся в спальню. Книжки по рунологии, бесчисленные записи — ничего из этого не давало мне ни малейшего намёка на причины её убийства. Ноутбук же требовал пароля, который мог быть каким угодно.

Я попробовал "один-два-три-четыре". Отказ. Попробовал "пароль". Отказ.

"Учитель?"

"Да?"

"Тан Юн... она не рассказывала о том, в какой день родилась?"

"Рассказывала. В холодный зимний день. Ярко светило солнце, а на небе было одно единственное маленькое облачко. Именно в честь этого облачка её и назвали."

"Нет, ты не понял... я имел в виду дату рождения."

"Третье января, двухтысячный год."

Не сработало. Чёрт! Отчаяние захлестнуло меня, и я решил попробовать то, что первым пришло в голову. Я напечатал... "облако".

Сработало!

"Так-то лучше! Как хорошо, что она не особо думала над защитой."

На рабочем столе я почти сразу же обнаружил интересующую меня папку: "РУНА". В ней были сканы тех самых снимков, которые я передал ей в тот злополучный день. И маленький текстовый документ без названия. Я кликнул по нему, особо ни на что не надеясь. В нём было написано следующее:

День первый.

Александр попросил меня узнать о происхождении некоей руны. Не думаю, что из этого выйдет что-то путное, но раз уж обещала, надо хоть немного постараться.

День пятый

Я перерыла всю библиотеку, но всё же нашла кое-что интересное. Книга называется "Трактат о Тёмных Апостолах", автор неизвестен. Как эта книга вообще оказалась в академии? Судя по виду, ей место в каком-нибудь музее. Но суть в том, что в ней есть изображение этой руны. Текст написан очень нескладно, придётся заняться трактовкой смыслов.

День одиннадцатый

Мне приснилось, что я снова стала маленькой и пошла в школу. Но когда я зашла в класс, там никого не было, кроме одинокого ворона. Он молча посмотрел на меня, и я проснулась. Сердца билось как бешенное. За окном было слышно противное карканье. К чему я это вообще написала? Не знаю. Но мне кажется, это относится к делу. С тех пор, как я начала расшифровывать книгу, за мной постоянно летают эти вороны. Что им от меня нужно?

День пятнадцатый

Кажется, я схожу с ума. Эта руна преследует меня везде: я вижу её в трещинах, рисунках и фотографиях. От неё нельзя сбежать. Наверное, это моя последняя запись. Я чувствую, что больше не в силах этим заниматься.

Я только что вернулась с турнира. Александр победил, но потерял сознание, поэтому я не смогла рассказать ему всё прямо там. Расскажу ему завтра.

На всякий случай запишу здесь то, что я всё таки смогла разобрать в непонятной писанине из этой дрянной книжки: "В полнолуние мощь Спящего ослабевает и Твердь, как его творение, слабеет вместе с ней. В этот миг разорвать её проще всего."

Понятия не имею, о каком Спящем здесь говорится, или что такое Твердь. Но полнолуние наступит уже завтра. Вот что меня тревожит.

Капелька пота стекла с моего лба. Полнолуние будет сегодня. Проверив интернет, я нашёл точное время. У меня оставалось ещё около шести часов. Чёрта с два я буду ждать у моря погоды. Нужно действовать.

Прежде чем вызывать полицию, я сделал несколько звонков своим друзьям.

Спустя полчаса на место приехал тот, кого я ждал меньше всего. Инквизитор-следователь I ранга, Куликов Макар Данилович. Его помощника, Румянцева, с ним не было.

Он сказал мне не мешать ему и тихо сидеть в комнате. Через полчаса он зашёл в спальню и закрыл дверь.

— Не против, если я задам тебе пару вопросов, Измайлов?

Я молча кивнул.

— Когда ты обнаружил труп?

— Минут сорок пять назад.

— С какой целью сюда пришёл?

Комок застрял в горле.

— Она... она позвонила мне. Сказала, что странно себя чувствует. Как будто кто-то следит за ней. Попросила приехать.

Следователь достал сигарету и закурил.

— Значит так, парень. Я знаю, что убийство совершил не ты. Уж что, а нюх на ауры у меня самый сильный в отделе. Не буду тебя задерживать, уверен, для тебя это большой стресс. Поговорим об этом завтра. А пока езжай в академию, отоспись маленько. Хорошо?

— Хорошо.