– Значит ли это, что все в порядке, что я их приготовила?

Он ухмыльнулся, глядя на меня сверху вниз.

– Мне нравится, что ты их приготовила.

Количество улыбок и оскалов, которые я получила от Вона за последние двадцать четыре часа, заставило меня почувствовать себя почти пьяной.

– У них может быть ужасный вкус. Давненько я ничего не пекла. За исключением нескольких блюд, которые я освоила, когда пыталась заботиться о маме, я не была настоящим экспертом на кухне.

Вон схватил печенье с подставки для охлаждения и отправил его в рот.

– Вон! Они горячие.

Он улыбнулся с набитым печеньем ртом, затем снова поцеловал меня.

– Они идеальны. Спасибо тебе, Роуэн.

Смесь Вона и шоколада на моем языке была почти невыносимой.

– Люблю тебя.

Он прижался своим лбом к моему.

– Ты сделала мне величайший подарок.

У меня перехватило дыхание.

– Какой?

– Надежду.

– 31-

Кэсс обняла меня за талию и вывела из кухни.

– Мне нужно подать на стол вторую порцию печенья, - возразила я.

– Кто-нибудь другой принесет их. Люк сказал, что ты еще не ела.

Я скривилась, когда искала Люка. Я заметила его на заднем дворике в окружении парней, приятелей Кэсс и остальных наших гостей. Его глаза встретились с моими, и он одними губами произнес «Поешь». Я показала ему язык, затем улыбнулась.

– Разве мы не пойдем туда?

– Можем, если хочешь, но я надеялась немного побыть со своей лучшей подругой.

Тепло затопило меня от слов Кэсс. Я прижалась к ней, когда мы направились в секционную в гостиной.

– Прости, что я так долго была пропавшей без вести.

Кэсс еще раз сжала меня в объятиях, прежде чем отпустить и плюхнуться на диван.

– Справедливо будет сказать, что у тебя было много дел.

Я опустилась, чтобы сесть рядом с ней, и взяла чипс из тарелки с едой, которую она, очевидно, принесла.

– О, ты знаешь, кое-что здесь и там.

Кэсс фыркнула, но веселье быстро исчезло с ее лица.

– Люк сказал, что прошлой ночью тебя затянуло в очередной кошмар.

– Люк сегодня - обычная болтливая Кэти.

Она пожала плечами.

– Я могу быть очаровательной, когда захочу. Это помогает получать ответы.

Я усмехнулась.

– Уверена, что это так.

Я откусила кусочек бургера, жуя, пока думала о том, как все объяснить Кэсс. Тогда я просто решила начать с самого начала. Я рассказала ей о времени, проведенном в тюрьме Калеба, о том, как Реза была моим спасательным кругом. Я рассказала ей о первом сне, а затем и о втором.

Разговоры об этом помогли. Выплеснуть все, что копила в себе за последний месяц.

Кэсс взяла меня за руку и сжала.

– Мне так жаль, что тебе пришлось пройти через все это.

– Я в порядке. Правда. У меня просто жгучее желание кастрировать Калеба и сбросить его со скалы.

По глазам Кэсс пробежала тень.

– Некоторые люди испытывают ненасытную потребность во власти и контроле.

Желудок скрутило от ее слов.

– Похоже, ты знаешь это по собственному опыту.

Она поигрывала краем набивной подушки.

– Стая, в которой я был до этого... альфа и его сын были одержимы идеей иметь в наших рядах одаренных перевертышей.

– Как ты.

Кэсс кивнула.

– У них не было провидца уже несколько поколений. Сын, Арджент, он как бы зациклился на мне.

Меня охватила тошнота.

– Кэсс...

– Я сбежала. Вот что важно. Но альфа пытался купить одаренных женщин-перевертышей на черном рынке.

Я выпрямилась.

– Женщин продают?

– Об этом не часто говорят, но такое случается. Точно так же, как торговля людьми в человеческом мире. Только в мире перевертышей это не просто одержимость молодостью и красотой… эти торговцы людьми тоже ищут силы.

– Изгои?

– Да.
– Кэсс выглянула в окно.
– Но в последнее время они стали более организованными.

Я крепче сжала банку диетической колы.

– Нам было интересно, не дергает ли их за ниточки Калеб.

На лице Кэсс промелькнул гнев.

– Предполагается, что он должен служить. Он клялся защищать нас всех, когда занял место при дворе. Если за этим стоит он - это государственная измена.