Я вновь покраснел. Любопытно, чего она там наговорила?

— Благодарю за приглашение, саэри Лейхандер.

— Это не приглашение, а требование! — с улыбкой ответила она. — У нас имение неподалеку от Венранда. А гостевой дом находится прямо на берегу моря. Вам очень понравится!

— Благодарю, саэри, — я поклонился.

— Ну, — с озорной улыбкой сказала Росальба, когда Ульвар, наконец, сумел увести супругу, — какие у вас отношения с этой девушкой, Селией? Признавайся!

— Мы друзья, — сказал я.

— Неужели? Она хороша собой?

— Пожалуй, — буркнул я, вспомнив симпатичное личико и стройную фигуру Селии. — Да.

— Надеюсь, ты нас с ней познакомишь. Должны же мы увидеть будущую невестку!

Выпучившись, я безмолвно уставился на нее.

— Я пошутила, — мелодично рассмеялась Росальба. — Не пугайся.

Эзерин тоже улыбнулся.

— И все же, я хотела бы однажды увидеть дочь четы Лейхандер, — сказала мама. — А теперь, скорее покажи нам свою комнату. Тебе удобно там? Ты не мерзнешь? По ночам не жарко? Свежего воздуха хватает?..

* * *

Во время показательных выступлений лучших бойцов школы, я сидел на специально возведенной трибуне рядом с родителями. Директор Краус предлагал и мне принять участие в этом мероприятии. Но я вежливо отказался, сославшись на сильную усталость от занятий. В действительности же, что-то глубоко внутри противилось самой идее сражений на потеху публике.

Фиорелла тоже говорила, что не горит желанием выступать. Но у нее не было возможности отказаться. Она была победительницей Турнира Доблести, гордостью школы. Все хотели увидеть ее. Вдобавок чувство долга вынуждало Мэльволию поддерживать честь семьи и «Стальных роз».

После того как Фиорелла под гром оваций продемонстрировала свое мастерство, я покинул трибуны. Мне хотелось поддержать Мэльволию и сказать, что она блестяще справилась с задачей. А заодно пригласить в театр. Как мне удалось выяснить, это было популярным развлечением в здешних краях.

Сразу поговорить с Фиореллой не удалось — она оказалась не одна. Высокий, сухопарый мужчина в строгом костюме темного цвета что-то говорил ей. Мэльволия слушала с ничего не выражающим лицом. Понаблюдав некоторое время, по несколько напряженной позе девушки я понял, что беседа ей не нравится.

Решив, что нужно вмешаться, я приблизился.

— Вы прекрасно выступили, саэри Мэльволия! — громко сказал я. — Поздравляю вас!

Умолкнув, мужчина посмотрел на меня. В его взгляде не было высокомерия или презрения, тем не менее он каким-то образом ухитрялся демонстрировать превосходство.

— Здравствуйте, — вежливо поклонился я. — Вы, должно быть, отец саэри Мэльволии? Меня зовут Виктор Ардисс. Рад знакомству.

— Вы ошиблись, молодой человек, — мужчина говорил вежливо, но в тоне проскальзывало неодобрение. — Я Таур Ментресс, первый помощник саэра Леона Корнелия Мэльволии. Сам саэр Мэльволия слишком важный и занятой человек, чтобы тратить драгоценное время на мероприятия, вроде сегодняшнего.

О как! Ничего себе!

— Простите, — с сарказмом ответил я. — Не знал, что бывает что-то важнее дочери. Кстати, саэр Мэльволия в курсе, что Фиорелла стала чемпионкой Турнира Доблести?

К моему разочарованию, мне не удалось вывести Ментресса из равновесия.

— Разумеется, ему это известно, — невозмутимо ответил он. — Равно как и о вашем участии в финальном бою. Поздравляю, вы хорошо себя проявили.

— А саэри Мэльволию вы поздравили? — поинтересовался я. — Она заслужила этого куда больше.

Помощник отца Фиореллы смерил меня надменным взглядом.

— Молодой человек, примите добрый совет. Не вмешивайтесь в дела чужой семьи. Особенно рода Мэльволия.

— Отец учил меня, что мужчина должен делать то, что считает правильным.

— Насколько мне известно, подобный подход испортил жизнь вашему родителю, — сухо заметил Ментресс.

Мои кулаки сжались, ноги напружинились:

— Не повторите ваши слова?

— Виктор, ты хотел мне что-то сказать? — вмешалась Фиорелла. — Ты же подошел по какой-то причине?

Вызывающе взглянув на Ментресса, я повернулся к девушке:

— Фактически, я уже сказал — мне очень понравилось ваше выступление, саэри. Вы безупречно владеете вашим Даром. И это не только мое мнение — многие гости на трибунах говорили так же…

— Благодарю, — ровно произнесла девушка.

— А еще я хотел просить оказать мне любезность и сходить со мной в театр…

Фиорелла подалась назад. Ее бледное лицо еще сильнее побелело.

— Я… прости… — резко развернувшись, она быстро пошла прочь.