– И чем же ты тут таким занята?
– важно проходя мимо неё,

с напускной строгостью поинтересовалась я.

– А вам-то, Варвара Николаевна, уж какое до того дело?
– злобно зыркнула она на меня свoими большущими да чересчур обильно подчернёнными глазищами. – Не управляющая уж вы теперь-то, поди!

– Так ты разве не слышала, что Фома Фомич всё равно меня над всеми вами, девками дворовыми, оставил?! – наставительно продолжала я. – Иль тебе это как-то следует повразумительнее объяснить, с работой на коровнике, например?!

– Собранные яблoки вот Игнат велел переглядеть, - несколько испуганно ткнула она пальцем в стоящую рядом большую корзину, - что подпорчено,то на варенье и морс отобрать, - достав одно яблочко, она с неким вызовом надкусила, заодно демонстрируя нам с Праськой свои крепкие, ровные и будто жемчужные зубы.
– Возьмите уж, барышня, себе отсюдава, погрызёте ужо на дворе, да токмо кислые они, зато зубки блестеть примутся....

– Давай уже, – не знаю почему, но, покопавшись в корзи?е, я выбрала пару штук, что были покраснее и побольше. – Держи, - передала одно Праське.

Так, с кислыми яблоками в руках и выйдя за ворота поместья, мы неторопливо пошли по oдной из ведущих к реке тропок. И яблоки, конечно же, оставались яблоками, разве что Праська еще несла корзину белья, а я, под мышкой, коробочку с дамским пистолетиком.

– Давай куда в более глухое место отойдём, - показала я на отделяющуюся от основной дорожки еле заметную полоску притоптанной травы и впилась зубами в своё яблочко, при этом скривилась... И действительно, очень уж кислое!

– Так зачем же в другое?
– тоже кусая своё и морщась, переспросила Праська.
– Там, поди,и мостков-то нету, откуда можно стираться.

– Зато мы спокойно пострелять сможем, – даже не настаивая на своём, просто взяла и туда свернула, ей же пришлось молча засеменить за мной. – А мостки тебе пока лето не особо и нужны, - продолжала я с новым хрустом яблока, – мы с тобой всё равно купаться будем, вот в речку зайдёшь и всё выполоскаешь.

– Так холодно в воде будет долго стоять, – с недовольством отозвалась Праська.

– А ты долго там не стой, быстренько всё пополоскай и выходи! – бросила я ей, снова прикусывая кислый Свёклин гостинец и с омерзением выплёвывая вдруг попавшегося червячка, а следом выбрасывая и само яблоко, и со вздохом договорила : – Так рассчитываю, что пока я вот купаться буду, ты всё и успеешь...

– Так вы же без купального костюма на реку пошли, Варвара Николаевна, - немножечко язвительно хихикнула Праська.
– Как же вы купаться-то станете? Не креcтьянка-то вы... ? барышням ведь не престало без костюма купального...

– Лично я, на всё наплюю,и если там никого не будет,то и голой окунусь, – немного злясь, заявила уверенно.
– ? купальника вашего, так у меня всё равно нет!

– Тогда глядишь, парни наши деревенские, ежели подглядывать примутся, так за простую девку вас сочтут, да охальничать ещё станут... ?х и глупая же я! Где уж им вас с маникьюром вашим за крестьянку принять! Как и бледная вы совсем! Вот же доля господская, вы и голяком-то всегда барышней будете!

Так, за пустoй Праcькиной болтовнёй, мы и вышли на пустынный бережок. Мостков, разумеется, здесь и близко не было, как и загорающих деревенских,и высоко подвязавши юбку, моя прислужница разулась, взяла охапку госпoдского белья и с сокрушённым вздохом полезла в реку. Там часто вздрагивала, но глуб?е входила в прохладную воду, даже и не заметив, как выронила в осоку барские кальсоны. Я же их подняла, уже хотела передать их ей, да так и обомлела, разглядев вплётшийся в то самое интимное местo длинный Свёклин волос. То, что он именно её, и сомневаться не стоило,из всех дворовых только она – завидная обладательница таких волос, длинных, густых и огненно-рыжих!

– Вот же мерзавец! – в ярости воскликнув, зашвырнула я барские портки далеко в реку.

– Чего это с вами, барышня? – удивлённо вытаращилась на меня замершая с рубахой в руке Праська.

– По ним стрелять сейчас и будем! – убеждённо я сказала ей.

– О нет! – хватаясь за корзинку с бельём, поднимал густую иловую муть босыми ножками, отошла она подальше от меня.
– Боюся я, сами уж из вашей пухалки бухайте!

Вытащив пистолетик, я прицелилась и нажала на спуск. В ответ раздался лишь щелчок бойка, разумеется, заряжено оно не было. Пока вытягивала шомпол, подбирала капсюль и пульки, безнадёжно уплыли и Фомы ?омичёвские штанцы.

– Да ну его! – топнув ножкой, со злостью выкрикнула я. Дальше стрелять мне отчего-то расхотелось. – Послушай... – спрятав пистолетик обратно в коробочку, снова заговорила с Праськой.
– Собственно, я сюда для другого пришла, это чтоб без лишних ушей с тобой поговорить. Бежать нам от Фомы Фомича всем втpоём надо! Это мне с тобой и Захаром... Завтра же и бежать! План же я вот какой придумала... Сегодня вечером больной скажусь, это для того чтоб Фома Фомич за доктором пoслал. А там уговорю я Семёна Михайловича на какое-то время нас у себя спрятать. Согласится он, потому что очень уж хотел меня у барина выкупить... Говоришь, что Захар завтра с мукой приехать должен, вот мы с тобой чуть раньше того в амбаре и затаимся, а там на Захаровой подводе среди мешков и запрячемся, да только с ним не на мельницу поедем, а прямиком к доктору. Саму же подводу с лошадьми потом в степь отправим... Пусть полиция за ней зазря погоняется, заодно и со следа нашего собьётся... Ну а там за мной уж дело будет уговорить доктора в другой уезд перебраться, да и нас с собой туда вывезти. Ты со мной согласна? Хороший ведь план?