— Совсем? — вздохнула Милана.

— Ну вроде как. Не нравится ему этот твой… блин, все время фамилию забываю.

— У него еще имя есть, — Милана отставила тарелку и налила и себе чаю, — а про Даньку я догадывалась.

— Давид, да? — исправилась Маруся. — Вы с ним смотритесь, как две кинозвезды.

— А ты поменьше соцсети мониторь.

— У меня муж — причесывает весь шоубиз и пару политиков. Так что руку на пульсе держит он, а не я. Я держу только пен. Показывал мне фотографии с аукциона, вы там вместе. До кольца еще не дошло?

— Не дошло.

И чем дольше не дойдет — тем лучше. Замуж за него Милана не стремилась, значит, придется отказывать и заканчивать эти отношения, которые были ей некоторым образом выгодны самим фактом присутствия Коржицкого в ее жизни. Пока они вместе появляются в «свете», ей не грозит излишнее внимание других мужчин. Нет, всегда найдется кто-то особенно настойчивый, которого не смущает наличие «пары». Но по опыту Миланы все это до поры до времени, рано или поздно и самому настойчивому надоедает и он исчезает из ее мира. И все же замуж она больше не собиралась. Не получилось для себя, не сложилось для Данилы. Опытным путем доказано, что это не ее способ существования. В теперешних обстоятельствах самым беспокойным было неодобрение Даньки. Но после памятного совместного обеда они с сыном словно заключили негласный договор. Пока Давид существует вне их дома, Данила не высказывает своего недовольства вслух. Остальное входило в привычку, оттого такая, пусть и мнимая стабильность, ее вполне устраивала. И овцы целы, и волки сыты.

— Ты с ним выглядишь счастливой.

— Ну а чего мне быть несчастной? — улыбнулась Милана. — Он привлекательный, я чертовски привлекательная. Все живы, здоровы.

— Вот это я понимаю, рассуждения взрослой женщины, которая никому ничего не должна! — восхитилась Маруся и потянулась к десерту.

Но не успела «взрослая женщина» найтись с ответом, поскольку вряд ли в ее случае имели место терминология и ассоциативный ряд в которых жила подруга, как совершенно неожиданным образом затрезвонил телефон, лежавший аккурат возле ее руки на столе. А на дисплее высветилось присное «Гал. Петр. Лагерь».

Милана удивленно вскинула брови и ответила на звонок:

— День добрый, Галина Петровна!

— Здравствуйте, Милана Александровна, — услышала она в ответ странно звучащий голос директрисы заведения, где сейчас пребывал Данила. — Простите, что тревожу, но у меня нет другого выхода, это очень срочно.

— Да-да, конечно, — проговорила Милана и нахмурилась. — Что-то случилось? Что-то с Данилой?

И в следующую секунду она поняла, что с тоном Галины Петровны. Она очень явно услышала страх еще раньше, чем осознала смысл сказанного.

— Он… он пропал. Вы только не волнуйтесь раньше времени!

— Что значит «пропал»? — резко севшим голосом переспросила Милана.

— Послушайте, Милана Александровна, возможно, это все просто недоразумение какое-то. Даня сегодня не вышел на утреннюю зарядку перед завтраком. Оказалось, что его даже не было в комнате. Мальчики вспоминают, что после отбоя он вышел… якобы в туалет. А потом они позасыпали. Сейчас его везде ищут, мы подключили полицию и поисковый отряд. Скажите, когда он последний раз выходил с вами на связь?

— И вы только сейчас мне звоните? — взвилась Милана. — О чем вы себе думаете?

— Милана Александровна, повторяю, его ищут. Мы прочесывали территорию базы, это же мальчишки. Он мог вчера с кем-то повздорить или обидеться. Да что угодно могло! Потому не стали тревожить вас раньше. Вы уверены, что со вчерашнего вечера Данила вам не звонил?

— Так ищут, что звоните мне вы, а не ваши пресловутые полицейские! И за столько времени вообще что угодно могло случиться!

— Я не уверена, что было бы лучше, если бы позвонили вам из участка. Весь район на уши поставили. У нас такого в жизни не было!

— Да мне все равно — было или не было! Мне нужен мой сын, а не ваша статистика ЧП. К вечеру я буду у вас.

— Конечно же, Милана Александровна. Только, пожалуйста, пускай дома у вас останется кто-то на случай, если Даня приедет. Вполне возможно, что он с кем-то поссорился и сбежал. С детьми работают, мы скоро все узнаем! Обязательно!

Милана нажала отбой, мгновение отсутствующим взглядом смотрела на Марусю и вскочила.

— Данька пропал, — двинула она бескровными губами, — я еду в лагерь.

— Как пропал? — опешила Маруська, которая все это время смотрела на нее, затаив дыхание и… не хотела верить тому, что слышала. — Что значит пропал? Ему же не три года, чтобы пропасть!

— И взрослые пропадают. А его, получается, со вчерашнего вечера никто не видел. Бред какой-то!

— Этого не может быть! Это же совсем не про Данилу! Набери его!

Милана, будто за соломинку схватившись, кивнула и тут же судорожно набрала номер сына, на секунду замерев между небом и землей, а после как о земную твердь шлепнулась, бессильно мотнув головой: