— Поздравляю! — объявил Костехрум. — Вы достойны титула главы рода.

Я подняла на гоблина полный вопросов взгляд.

— Чтобы стать полноценной леди Поттер, вам надо добраться до камня рода и окропить его кровью, прося благословения предков. После этого вы, возможно, станете полноценной главой рода Поттер.

— А если нет? — напряглась я.

— Через какое-то время кольцо вернет свой изначальный вид, — ответил гоблин. — И мало чем будет отличаться от любого самого обычного кольца. Вы даже не сможете его скрыть или вновь сделать наручем.

«А вот и подвох!» — констатировала я.

Выходит, не достаточно просто примерить кольцо. Мало быть достойной титула, надо быть достойной и магии рода, а она не в кольце, а в камне рода. Двухфазная аутентификация какая-то!

— Хорошо, спасибо за пояснение, — успокоившись, сказала я. — Скажите, мистер Костехрум, с момента моего ухода происходило что-то важное, что прямо или косвенно касается меня и семьи Поттер?

Гоблин отрицательно покачал головой, его темные глазки сверкнули любопытством.

«Значит, пока мое отсутствие в доме на Тисовой не обнаружено в мире магов, — подумала я. — Это хорошо!»

— А в родовое хранилище я смогу попасть уже после того, как полностью вступлю в права леди? — задала я еще один вопрос.

Гоблин удовлетворительно кивнул.

— Что ж… — пробормотала я. — На этом пока мои дела в банке завершены.

Благодаря брошюре, которую вызубрила наизусть, я за несколько секунд мысленно проложила себе такой маршрут, чтобы выбраться из магического мира в маггловский, минуя Косую Аллею и «Дырявый котел».

Осваиваться в новой реальности и в новом статусе я собиралась с мира обычных людей. Рисковала, конечно, но среди магглов у меня меньше шансов встретить того, кто хотя бы заподозрит во мне Гарри Поттера.

План на первый день был прост: купить вещи на первое время. Именно этим я и занялась, радуясь тому, что волшебный кошелек сам конвертирует волшебную валюту в фунты.

Через пару часов в потрепанном рюкзаке лежала новенькая пижама, темно-серые джинсы, несколько футболок, кеды, белье, носки. А еще пачка чая, коробка печенья, упаковка сыра, сосисок, десяток шоколадок, мешок леденцов. Остальное я тащила в пластиковом пакете: упаковку хлеба для тостов, несколько больших пачек чипсов и три литровых бутылки воды. Оставалось надеяться, что мне удастся вернуться в особняк. Иначе я буду очень глупо выглядеть со всем этим добром, если придется вернуться к Дурслям.

После покупок я забежала в кафе с фаст-фудом и от души побаловала себя вкусными гадостями. Хорошо быть маленькой и тоненькой. В ближайшее время не грозит поправиться, даже если буду лопать жирное и сладкое по семь раз в день.

— Наслаждайся, Лина, — обозрев заваленный едой поднос, шепнула я себе. — Похоже, прямо сейчас есть и не толстеть — единственный плюс в новой жизни.

Последним делом я заглянула в аптеку и купила все, что могло понадобиться в ближайшее время.

На мое счастье камин в гостинице «Маргаритка» спокойно перенес меня домой, стоило бросить под ноги порошок и шепнуть «Дом Ри По в лесу» по-русски. Параноик во мне подошел к шифру со всей ответственностью. Чем я хуже Тома Реддла? Если и найдется поблизости тот, кто знает русский, то вряд ли он сообразит, что Ри По — это от ГенРИетты ПОттер. Зато вышло просто и коротко. И не забуду, и не собьюсь, произнося.

За время моего отсутствия особняк ни капельки не изменился. Пыль, сумрак и ни тени жизни. Я оставила продукты на кухне, сбегала наверх, сменила безразмерные вещи Дадли на новую одежду и с пакетом из аптеки направилась в подвал.

— Ну, начнем, пожалуй, — подойдя к родовому камню и немного над ним постояв, шепнула я и выдохнула. — Будем надеяться, не случится ничего непредвиденного.

Из пакета извлекла бинт, антисептик и маникюрные ножнички. Пришлось повозиться, чтобы нарезать бинт и сложить его небольшими квадратиками. Протирая руку антисептиком, вдумчиво оценивала каждую вену. Резать ладонь не стоило. Заживать будет долго, а я не смогу ничего делать. Как и прокалывать пальцы. Вены на запястье наводили на мысль о людях с психологическими проблемами, а в сгибе локтя — откровенно пугали тем, что могу не справиться и сильно себе навредить.

— Вот и решай, — хихикнула я, после того, как протерла всю руку от запястья и почти до плеча. — А! Ладно.

Протыкать руку ножничками было страшно, но нож мне не продали бы ни в хозяйственном, ни в магазине для охотников, а рядом с родовым камнем ничего подходящего не валялось. Застонав от ужаса, когда на запястье быстро выступила огромная капля, я перевернула руку, позволяя крови стекать прямо на огромный рубин. Капли одна за другой мгновенно впитывались, а мне оставалось только наблюдать, как камень рода разгорается и пульсирует все ярче и быстрее.

Когда в голове немного зашумело, я спохватилась, пережала руку полоской бинта выше локтя, обработала порез и поскорее туго забинтовала.

— Ты идиотка! — обозвала себя. — Разве можно отвлекаться, когда делаешь что-то подобное?

Ответить было некому, а вести с собой диалоги, отвечая то за Харо, то за Лину — шизофрения.

«Ничего, ты освоишься, — убежденно заверил внутренний голос. — На ближайшее очень долгое время твой лучший друг и союзник — ты сама!»

Из ритуального зала я выбиралась почти ползком, а наверху первым делом распаковала шоколадку и умяла ее в несколько больших укусов, едва ощущая вкус. После этого упала на стул и прикрыла глаза.