— Поверь, к огню так близко сидеть далеко не так комфортно, как тебе кажется. Потом провоняешь дымом, а платье будет заляпано золой и жиром.

Как только мы сели и скинули верхнюю одежду, молодой мужчина-северянин вырос рядом с нашим столиком. Глаза его округлились, когда он заметил золотой герб на белом плаще.

— Ох, господин Кустодес… — он учтиво поклонился. — Вам как обычно?

Лео одобрительно кивнул мужчине, и теперь официант повернулся ко мне.

— А вам, госпожа?

— Мне теплого вина с пряностями для начала, — смущенно начала я. — Можете что-то посоветовать из блюд? Я не очень хорошо знакома с северной кухней.

— Я бы порекомендовал медовые вино с зимними ягодами. На закуску к нему бы отлично подошли вареные каштаны в специях. Могу так же предложить вам скальтунскую похлебку из акулы, а на горячее — новое блюдо от нашего повара. Что скажете?

— Давайте я доверюсь вашему выбору… — ни одно из предложенных им блюд мне не было знакомо, но в животе, растревоженном ароматом жареного мяса, вот-вот грозилось громко заурчать. Сейчас я была готова съесть любое поданное блюдо, лишь бы оно было горячим.

Просиявший официант еще раз низко поклонился нам, и быстро скрылся в обустроенной на корме кухне. Я чуть обескуражено смотрела ему в след.

— А ты, судя по всему, часто сюда ходишь?

— Ага, — кивнул Лео. — Тут не бывает вельмож и старших офицеров, да и отдыхают тут люди попроще — и простые моряки, и зажиточные купцы. Южане сюда частенько заглядывают, а ты знаешь, как веасийцы любят почесать языком. К тому же, здесь вкусно кормят, от души наливают, и всегда можно с кем-нибудь познакомится.

Словно бы услышав его, перед нами будто из-под земли выросли две хорошенькие девушки с подносами, один — с напитками, другой — с закусками. Напиток в огромной кованой кружке, которую гвардеец тут же пододвинул к себе, опасно дымился, заполняя все вокруг настойчивым резким ароматом крепкого алкоголя. Девушка, мило улыбаясь, налила мне в кубок куда более скромного объема янтарный напиток, а затем, поставив кувшин на стол, зачерпнула горсть красных и черных ягод и добавила их прямо в бокал. Остатки ягод улетели в кувшин.

— Дайте напитку немного настояться, госпожа, — порекомендовала она голоском звонким, как серебряный колокольчик. — И тогда медовое вино раскроется с совершенно другим вкусом.

Как только девушки оставили нас, брат поднял кружку, и огласил короткий тост:

— За Дом Кустодес!

— За Дом Кустодес! — я подняла бокал и в едином с братом порыве сделала несколько глотков.

Хваленое медовое вино, о котором Ари мне все уши прожужжал, и вправду оказалось невероятно вкусным, а главное — согревающим. Мороженые ягоды уже успели размякнуть, отдавая свой сок напитку, отчего оно с каждой минутой меняло свой вкус, становясь то чуть приторнее, то кислее.

Хоть мы и не сидели близко к огню, Лео оказался прав — тут было тепло и уютно, а может, это вино грело изнутри, но я почувствовала, как расслабляется уставшее от сегодняшних прогулок и впечатлений тело. Все было чудесно, если не считать того самого представления с постановочными боями, куда мы отправились где-то спустя час нашего пешего изучения Креациума.

По началу, все было очень интересно — вместо обычной театральной была огромная круглая ареная с расставленными на ней декорациями. Ставилась известная драматическая пьеса «Лесная тень» — трагичная история про украденную злым колдуном девушку, за которой в опасную лесную чащу отправился ее жених, однако, не справившись с испытаниями колдуна, теряет возлюбленную, которая остается запертой в потустороннем царстве, а решат покончить с собой, чтобы быть вместе с возлюбленной.

Сама постановка была потрясающей. Актеры использовали все пространство арены, пока зрители, сидя вокруг на трибунах, наблюдали за действом, из-за чего казалось, будто это не спектакль, а действительно разворачивающаяся прямо у тебя на глазах действие. Яркие костюмы, изобретательность декораций и эффектов, которые имитировали на постановке магию, восхищали. Однако дальше, когда начался третий акт, все резко переменилось. Когда началось последнее испытание, актеры начали сражаться друг с другом самыми настоящими мечами, а не безопасными муляжами. Да, конечно, слаженность постановки сражения, где участвовало, по меньшей мере человек двадцать, не могла не поражать воображение, и походило оно скорее на танец, которому придавала азарт реальная опасность. Ведь любое неосторожное действие — и спектакль мог окончиться уже настоящей трагедией.

Когда же наступил момент, когда колдун должен был обернуться зверем и сразиться с героем, на арену вывели… самого настоящего медведя. Я в ужасе прикрыло рот ладонями, когда зверь, явно заранее выведенный из себя, был готов накинуться на обидчика не взирая на длинную цепь.

— Не волнуйся, медведя специально ослабили, чтобы он не смог навредить актерам, — заверил меня Лео. — Но эта часть спектакля всегда разная, тем оно и прекрасно. Это тебе не отточенные постановочные бои… Главное, не отводи глаза, чтобы не пропустить самое интересное!