— Прекрати, я говорю все как есть.

— Ну так этих… как их, таршинов, два, возьмем каждый по одному, да разъедемся, что скажешь? Если это все, то поступить так будет логичнее всего, змеюкам же только до меня есть дело.

— Во-первых, они куты, а во-вторых…Ты, почему ты так говоришь, мы же помогли тебе…

— А я не просила об этом, — холодно сказала Рюга, с закрытыми глазами наслаждаясь ветерком.

Таршин начал взбираться на высокий бархан, девушка беззаботно ловила равновесие. — «Она эгоистка до мозга костей…» — заключил Фин.

— Чего умолк? Или ты из тех, кто думает, что долг можно навязать?

— Я никогда не думал об этом так, и я не хочу, чтобы ты чувствовала себя в долгу. Уверен, что Хазем тоже.

— Хазем, Хазем, Хазем, — нудила она, — ты вообще чего хочешь?

— Вернуться в Империю.

— О! тут мы похожи, я тоже хочу вернуться в Холмы. — Гон посмотрела в небо. — Точнее, к товарищам… на Холмы мне плевать.

«Она права, я хочу к ним, а не в Империю…» — начал думать парень, но Рюга снова боднула его в спину.

— Поговори со мно-о-ой, — заканючила девушка ребячьим голосом.

— Ты не в себе, ты заметила?

— Заметила, а ты заметил, что ты не в себе?

— Это почему.

— А потому что на каждое мое слово уходишь в раздумья, о чем там думаешь? — Рюга снова подкралась к уху. — Я уверена, ты точно запутался.

— Нет! Я хочу вернуться к своей семье, — заявил Фин, но про себя подумал, — «все так, я вообще не понимаю, что делаю и зачем…»

— О, к родителям захотел? — Рюга начала длинными руками искать еду в боковом мешке на седле.

— Нет, к жене и дочери, — парень затянул шнур, чтобы не дать ей достать очередную коробочку с пайком.

— Чего! Ты ж пацан!

— Мне тридцать шесть. — буркнул Фин, наблюдая за тонкими пальцами, которые тянулись уже к правой сумке.

— Ха, ни в жизнь не поверю! — Гон начала обшаривать содержимое.

— Перестань! у нас нет… нужно экономить еду и воду, ты что не понимаешь? Мы в пустыне! Мы не знаем, куда движемся и как долго нам нужно будет это делать! — сказал Фин, унимая дрожь в зубах.

— Ну точно — папаша, — надулась Рюга и прекратила попытки. Прищурившись смерила его дрожащую маленькую фигуру, хитро улыбнулась. — Замерз, обнять тебя? — Рюга подползла к Фину и прижала к горячей груди, а потом и обхватила длинными мускулистыми ногами.

Прошло пол минуты.

— Хватит! — тяжело дыша сказал Финланд.

— Ладно-ладно, вот одеялко, держи. — Рюга укрыла его широкой тряпкой, которую стянула сбоку того, что осталось от шатра, а сама оперлась на руки так, словно они были здоровы.

— Спасибо… — Фин оглянулся. — Что ты делаешь!

— Все нормально, пока у меня так много духа я крепко держу кости, спасибо за заботу, — лукаво улыбаясь сказала Рюга, глядя прямо в глаза. Фин ненадолго застыл, зрачки гоны были ярко рубиновыми от избытка духа.

— Давай помолчим, мне надо подумать. — Он отвернулся.

— Ага — Рюга завалилась на спину закинув ладони под затылок и продолжила смотреть на звезды — Хорошо то ка-а-ак.

Они проскакали до самого утра. Фин увидел небольшую поросль, еще скрытую в тени высоких скал, похожих на хаотично возведенные стены. Вконец измотанные куты кинулись к мелкому болоту с тонкой пленкой воды на густом оранжевом иле.

— Что будем делать? — спросила Рюга. Ночная мания потихоньку утихомирилась, а дух уже не бил таким безумным фонтаном.

— Ждать. — Фин снова посмотрел наверх.

— Что ты там выглядываешь с самого утра?

— Хазем сказал, что мы должны избегать Дарахаша.

— Чего избегать?

Он указал вдаль — между двух скал замаячил облачный силуэт рыбы, которая начала свой дневной обход.

— А-а-а, мне эта штука сразу не понравилась. Торгаш мне знаешь что говорил? — Рюга улыбнулась. — Что это из-за того, что люди молятся, дурак. Чтобы поддерживать такую громадину, нужно выжать всю их страну… И то, даже дня не протянут.

— Ты заметила, что тут дух даже в воздухе?

— Ага, хоть пей его, если сможешь, конечно… Хотя-я-я, тут его уже поменьше, да?