– Он знал про то, что вы и Авирона – одно лицо?

Она яростно замотала головой.

– Никто не должен был знать. Авирона – мой способ выжить, детектив. Я не знаю, как вам это объяснить.

– Мисс Рихтер…

– Тео, – прервала она. – Пожалуйста, называйте меня по имени. Хотя бы сейчас. Ночь на дворе.

Он на мгновение прикрыл глаза, переваривая эти новые условия. У нее красивое имя. Величавое и одновременно нежное. Но оно будто и не отражает весь внутренний мир этой женщины.

– Теодора, я не осуждаю вас. Я пришел не для того, чтобы вывернуть вашу душу. Мы арестовали Мейсона.

– Как вы вообще там оказались? – прижав дрожащие пальцы к губам, спросила она.

Грину вдруг до безумия захотелось взять ее за руку и согреть теплом своих ладоней. Но он сдержался. Он не имел права на подобные вещи. Кому-кому, а Теодоре его тепло точно не нужно. Да и ему самому оно не нужно. Не теперь, после всего пережитого.

– Не могу сообщить подробностей, но все это связано с делом, которое я расследую. Убийца указал на Авирону. И мы решили, что нужно поймать виновника…

– …на живца, – договорила она. – Умно. Вы сказали, убийца указал на Авирону. Но как?

– Ваша маска. Красная шелковая лента.

На лице Теодоры отразилось недоумение. Она явно хуже контролировала мимику, чем обычно, и это было странно. Все еще странно видеть в ней живого человека, а не манекен с обложки местного Forbs.

– Но это весьма распространенная вещь. Вы ткнули пальцем в небо и попали.

– И это-то мне не нравится. Слишком все гладко. Преступник на месте преступления со шприцем в руках. Ваш охранник жив, кстати. Его тоже усыпили.

– Господи, только серийного убийцы мне не хватало. – Теодора закрыла глаза и откинулась на подушки. – Кевин. Кто бы мог подумать. Я считала, он просто нарушает границы, превращая партнерство в тупой флирт. А он…

– Он домогался вас?

Грин не смог скрыть сталь в голосе. Тео открыла глаза и посмотрела на него с любопытством.

– Да нет.

– Любая информация…

– Я не знаю. – Она закрылась руками. – Я привыкла к чужому вниманию и не знаю, что есть домогательство, что есть флирт, а что – просто знаки внимания.

Подобной откровенности Аксель не ожидал. И снова это мерзкое запретное желание – коснуться ее руки и как-то утешить. Вместо этого он встал.

– Поправляйтесь.

– Детектив. Вы так просто уйдете?

Не успев подняться, он опустился на стул. Теодора открыла глаза и приподнялась на постели. Блестящие волосы упали на подушку, в глазах все еще светились слезы, а губы приоткрылись. Она была так красива, что у Акселя защемило сердце. И так беззащитна, что ему захотелось оторвать Мейсону голову, без долгих прелюдий.

– Вы хотите, чтобы я остался? – глухо спросил он.

– Мне угрожает опасность?

– Возможно.

– И что делать?

– Быть очень осторожной.

– Но если…

Его телефон зазвонил, не дав ей закончить фразу. Теодора поджала губы и отвернулась. Аксель принял вызов, не глядя на экран.

– Грин, слушаю.

– Детектив, участковый Штейн. Простите за беспокойство, но мы нашли тело. Вы должны это увидеть.

О господи.

– Диктуйте адрес, выезжаю.

И как такое возможно, если Кевин сидит? Подтверждение гипотезы, что убийца не один и эта серия – групповое развлечение? Совпадение? Подражатель?

– Да. Так будет лучше, – донесся до его слуха шепот Теодоры.

Он снова не решился встать.

– Это важно. Чем раньше я его поймаю, тем быстрее вы сможете выдохнуть и расслабиться.

Почему он оправдывается? За что? За то, что уезжает делать свою работу? Так-то он и приехал сюда, чтобы делать свою работу!

– Выдохнуть? Расслабиться? – Она рассмеялась. – Простите. Нервы. Ждите завтра во всех газетах репортажи про то, как расслабляется Рихтер. Вокал и клубы.

Он все-таки протянул руку и коснулся ее ладони. Ледяная. Женщина отвернулась к стене, но контакт не разорвала.

– Теодора… – мягко позвал Грин, сжимая ее пальцы. Она подняла на него глаза, полные слез. – Никто не станет вас осуждать. Проблема будет в другом.

– Да?

– Как вы собираетесь совмещать бизнес и карьеру певицы?

Этот вопрос будто прорвал плотину. Слезы полились по щекам, молодая женщина вырвала руку и яростно их вытерла. Снова отвернулась.

– Простите, детектив, я хотела бы остаться одна. Спасибо, что навестили.

Грин почувствовал себя дураком, но почему – так и не понял. В другой ситуации он бы задержался и продолжил разговор, но сейчас необходимо ехать, и чем скорее, тем лучше. Снова ночь спать не придется, но когда это кого останавливало?