— Ой. — Он дернулся и выронил стакан.

— Когда уберешь все, зайди.

Быстро сев на свое место, зашёл в чат. Непрочитанных сообщений более трехсот. Твою мать!

Быстро, выборочно пробежал глазами по сообщениям и убедился в главном. Wild Cranberry и Кэт не связали между собой. Но на обеих нападали, не щадя. Меня заметили и посыпались вопросы, а от кого-то даже требования. Совсем охренели. Возможно, и правда стоит их уволить всех к чертовой матери.

«Девушки, всем привет!»

Как же сложно изображать радушие, когда хочется орать на этих тупых куриц благим матом.

«Конкурс завершен, результаты объявлены, подарки вручены и никакие изменения невозможны. Если кого-то не устраивают итоги конкурса, значит, их не устраивает в целом работа в нашей компании. Таких сотрудников никто удерживать не будет. Также хочу прояснить ситуацию с работой, победившей в конкурсе зрительских симпатий. Выяснилось, что это фото результат работы искусственного интеллекта. Данное изображение было создано нейросетью, и у него нет реального прототипа. Эта ситуация позволяет нам поздравить с победой девушку, занявшую второе место. Ее ник мы объявим чуть позже. Благодарю всех за участие в конкурсе. С этого момента тема закрыта для сообщений».

Вот и все. Оставалось надеяться, что мне удалось поставить точку в этой дурацкой истории.

Вышел в приемную. Степан был на месте, но по-прежнему не в себе. Пустым взглядом смотрел в монитор. Пальцы лежали на клавиатуре, не шевелясь. Зато шевелились губы, потому что он очень тихо что-то бормотал.

— Бражников! — гаркнул с порога. — Кто занял второе место в конкурсе зрительских симпатий, у тебя остались данные?

Степан подскочил на полметра на стуле и замер, уставившись на меня.

— Что случилось, Степа? У тебя сегодня все утро отсутствующий вид.

Бражников захлопал глазами, а затем от шеи вверх начал покрываться красными пятнами до тех пор, пока не заалели кончики ушей. Я напрягся.

— Эй, Степушка! С тобой все в порядке?

— Д-да…

— Тогда почему ты похож на вареного рака?

— Все в порядке, Владислав Андреевич! Честное слово.

— Хм…

Я присмотрелся к нему внимательнее. Вроде все, как всегда. Разве что волосы снова отросли и торчат как воронье гнездо. Рубашка обычная с воротником стойкой. Лицо… Стоп! Вернулся к воротнику рубашки, под которым в нескольких местах совершенно точно виднелись посиневшие засосы.

— Стёпа? Я смотрю, тебя можно поздравить с почином?

Мальчишка снова заалел. Щеки, шея и даже лоб.

— Ну?

— Д-да…

Он поднял на меня взгляд, в котором вместо смущения горел огонь. Ну что ж, дорвался. Эх молодость…

— Молоток! Хотя у меня были некоторые сомнения. Не был уверен, что ты сдюжишь… Какое место в итоге выбрал?

— Первое.

— Первое? Молодец. — Моя школа. — Сколько денег на ужин потратил? Я тебе компенсирую.

— Но…

— Никаких но!

Вернувшись к себе в кабинет, схватил со стола смартфон и пробежался по мессенджеру глазами. От Кэт ни одного сообщения. Зараза!

«Чем занимаешься?» — быстро настрочил, пока не передумал.

Через минуту пришла фотка с ее тонкими пальцами, держащими в руках чашку с кофе.

«Скучаешь?»

Вот идиот!

«Неа».

«Что? Давно ремнем по голой попе не получала?»

«Никогда не получала».

«Значит, скоро получишь. Жди. Буду через полчаса!»

Решение вернуться домой завладело мною мгновенно. Черт. Я не мог находиться здесь, зная, что она там, в моем доме… Не сопротивляясь порыву, схватил ключи от машины и вылетел в приемную.

— Стёпа, я по делам. Сегодня меня больше не жди. Все задачи переноси на завтра.

— Владислав Андреевич, да вы что? Координация со Зверевым и продажниками через полчаса! Только что позвонили из бухгалтерии и попросили подписать документы по Уральскому заводу. Крюкова хотела…

— Всё на завтра!

***

Я подошел к двери, по привычке вытаскивая из кармана ключи. Стоп, Ветров. С глупой улыбкой потянулся к дверному звонку и нажал на кнопку. Первый звонок, второй, третий. Кэт не спешила мне открывать. В четвертый раз нажав на звонок, уже дольше удерживал кнопку. Но из квартиры по-прежнему не доносилось никаких звуков.

Что это значит? Сердце болезненно сжалось в груди. Лихорадочно вытащил из кармана ключи. Лишь с третьего раза попав в замочную скважину, открыл дверь и вошел в квартиру. Но и здесь, внутри, я не уловил ни единого звука. Чувство горечи и разочарования затопило меня по самую макушку.

В гулкой тишине квартиры я замер, не в силах поверить, что она ушла. Не может этого быть, черт побери! После всего того, что было между нами, после всех сказанных слов и произнесенных признаний. Как так-то? Как?