Дверь в приемную открылась, и появилось мое наваждение. Был вынужден тут же плюхнуться на стул, потому что при виде нее чёртово спящее либидо проснулось, подтверждая мои догадки.

Твою мать! Просто нет слов. Она не была одета вызывающие, не виляла призывно бедрами, не выставляла свою достаточно скромную грудь напоказ. Но несмотря на это, в моей крови моментально вспыхнуло пламя, взрываясь в мозгу красными всполохами. Хочу, хочу, хочу…

Ветров! Соберись! Пытаясь успокоиться, ерзал на стуле.

— Добрый вечер, извините, Круглов задержал.

Видя, как она упорно отводила взгляд, стараясь не встречаться со мной глазами, я не мог поверить в когда-то брошенное ею «безразличен». Ни черта я ей не безразличен! И нам совершенно точно пора признать это, иначе мое либидо сдохнет окончательно, а кое-что отсохнет от невостребованности.

— Эдуард Васильевич, — тем временем начала Кэт, — мы с Владиславом Андреевичем уже успели набросать предварительный план работы, я вам присылала его после нашей предыдущей встречи. Вам удалось посмотреть? Возможно, есть дополнения с учётом особенностей работы вашего отделения?

— Я посмотрел ваши наработки, у меня пока нет вопросов. Предлагаю двигаться дальше и приступить непосредственно к разработке новой системы и ее тестированию.

— Отличное предложение. Но прежде чем мы начнём, ответьте мне на несколько вопросов, пожалуйста.

— Слушаю.

— Как сейчас построено взаимодействие между продажниками и логистами? Почему мы на конкретных примерах видим несогласованность их действий?

Как я и предполагал, отвечая на вопросы, Зверев ходил вокруг да около, не давая никакой конкретики, затягивая процесс. Он постоянно норовил увести нас в ненужные подробности и воспоминания давно минувших дней, объясняя причины, из-за которых возник этот бардак.

Спустя два часа волевым решением оборвал их очередной спор.

— У меня скоро следующая встреча, поэтому предлагаю продолжить завтра. Мне будет удобно в это же время.

— Отлично. — Взмыленный Эдуард Васильевич быстро вскочил и с грохотом задвинул за собой стул. — До завтра, коллеги.

Я перевел взгляд на Кэт, как только за ним захлопнулась дверь.

— Нет слов! — Она была не на шутку возмущена. — Совершенно не хочет слышать, что ему говорят! Я чувствую, мы с ним еще намучаемся, особенно если вскроются откатные схемы.

— Надеюсь, ты ошибаешься. Он с нами много лет.

— Это ни о чем не говорит. Даже если что-то происходило за его спиной, он был обязан понять это.

— В любом случае новую мотивацию утверждать не ему, а нам с Олегом. Так что расслабься.

— Легко сказать!

Кэт была около двери, когда я перекрыл ей дорогу.

— Послушай, Кэт. По поводу расслабления. — Она, сощурившись, смерила меня подозрительным взглядом. — Ведь это прекрасная идея. Как ты считаешь?

— Просто супер.

— Ну вот! — Глупая надежда в моей груди распахнула свои малюсенькие крылышки. — Приглашаю тебя на ужин. Только представь себе, тихая музыка, в твоих руках бокал вина…

— Ты никогда не сдаешься, да, Ветров?

— Я всегда выигрываю. — И противореча сам себе, зачехлил крылья обратно.

— Ну-ну. Просто имей в виду, что в данном случае ты не можешь ни выиграть, ни проиграть, так как не участвуешь в гонке.

И, толкнув меня плечом, эта зараза вышла из переговорной.

Очень интересно, а кто же тогда участвует? Уж не рыжий ли таракан? Видимо, прихлопнуть его все же придется и притом срочно. Дьявол! Доведет она меня скоро, честное слово!

Аромат скошенной травы и цветущего сада наполнял мои легкие, пока я нежилась на своих любимых садовых качелях рано утром в субботу. Неделька выдалась та еще, и сейчас мне были просто необходимы эти минуты тишины и покоя.

Помимо большого количества текущих задач, Ветров со Зверевым достали меня во время наших ежедневных встреч, один своими домогательствами, другой — изворотливостью и враньем. Плюс в среду пришлось съездить за Марком, чтобы в четверг, потеряв половину рабочего дня, отвезти его в травмпункт и снять гипс. Вернувшись с ним вчера вечером около десяти часов в Солнечное, я просто рухнула в кровать, даже не поужинав, и проспала почти десять часов.

Солнце вовсю припекало, и я, лёжа в тени тента, снова задремала. Но недолго я наслаждалась тишиной и покоем. Это так прекрасно начавшееся утро было испорчено возмущенным голосом отцовской помощницы и ответным брюзжанием Марка. Приоткрыв один глаз, в распахнутом окне второго этажа увидела макушку братца и услышала, как Светлана Владимировна отчитывала его за беспорядок.

— Марк, уже два дня, как тебе сняли гипс, ты вполне сносно передвигаешься. Во всяком случае по своей комнате так точно. Неужели тебе сложно убрать вещи в шкаф?