Магистрат в темном плаще и шляпе оставался недвижим, словно огромная птица с черным клювом-маской.

– Где приор?

– Его нет в монастыре… приор… отправился по делам.

– Правила эдикта, запрещающего выходить на улицы после третьего удара колокола касаются и служителей церкви. До третьего удара осталось недолго.

– Он… конечно вернется… правила… да… но может быть, вы придете завтра, когда он будет на месте?

– Открой двери Повелителю ночи! – провозгласил один из стражей, оттолкнул монаха и широким шагом вошел в монастырь.

– Где келья приора?

Монах задрожал. – Вы не можете… он… не простой человек. Он подаст жалобу епископу!

– Открывай!

Келья настоятеля не содержала никаких предметов роскоши и практически не отличалась от кельи отца Грегорио, где они уже побывали ранее. Лишь одна разница- металлический сундучок под подушкой.

Монахи кинулся к помощнику магистрата и попытался выхватить сундучок у него из рук.

– Это запрещено! Вы не можете!!!

– Ключ!

– У меня нет. Это не мое дело. Я даже не знаю, что в нем!

Помощник кивнул стражам, они достали кинжалы и взломали сундук.

Повелитель ночи по-прежнему молчал, его темная фигура вызывала мистический страх. Монах съежился, впервые осознав, кому он пытается противостоять.

В сундучке лежало несколько кожаных мешочков. Стражи развязали их и вывалили содержимое на кровать.

В свете фонарей каскад драгоценных камней лился на простыни: броши, серьги, жемчуг.

– Уверен, послушница опознает драгоценности. – Помощник смотрел на второй мешочек. Из него высыпались золотые луидоры.

– Что вы скажете? – Впервые подал голос магистрат.

– Я никогда не видел этих… этих вещей…

– Соберите молодых послушников. Всех шестерых.

Из шкафов в подсобном помещение вывалились маски, бархатное платье, описанное посетителями таверны, черный парик. В маленькой шкатулке лежали четыре медальона, идентичные найденным рядом с тремя телами.

– Вы не можете арестовать их! – прошептал старший монах. – вы знаете правила! Приор должен допросить их и наказать, если признает виновными!

– Даже не пытайтесь, – выставил ладонь вперед Даниэле. – Мы в Венеции. За преступления, совершенные священнослужителями, отвечает судебная система Светлейшей. Эти юноши пойдут с нами, они обвиняются в убийствах и кражах. Вам тоже придется пройти с нами.

Остальные монахи выстроились в ряд у келий и смотрели как стражи уводят шестерых юношей и старшего монаха.

***

В тюрьме всех шестерых собрали в одной комнате. Словно черный ворон навис над ними Повелитель ночи, по-прежнему в темных одеждах и в маске на лице.

– Вы одеты в монашеские рясы и я не вижу на ваших лицах раскаяния. Но это ненадолго. За совершенные вами преступления положена смертная казнь и если вы не знаете, я объясню вам. Пока в Венеции ночь, я имею право выносить приговоры и осуществлять их, не спрашивая разрешений. Я собрал достаточно доказательств, чтобы вынести вам смертный приговор здесь и сейчас.

Юноши молчали.

– Кто отдал приказ об убийствах?

Послушники заерзали на скамье, их глаза встретились, но они молчали.

– Почему вы убили сестру Марию. Альвизе Дзонина и отца Грегорио?

Тишина.

– Я хочу дать вам возможность оправдаться. Я готов услышать вас, прежде чем вынесу приговор. Почему вы убили отца Грегорио? Он узнал о ваших ночных отлучках?

– Это были не мы! – В глазах одного из послушников стояли слезы.

– Мы нашли в вашем подсобном помещении платье и парик, один из вас предложил отцу Грегорио чашку с отравленным шоколадом, переодевшись женщиной.

– Но мы его не убивали.

– Кто из вас был в кафе в женском платье?

– Я, ваше превосходительство, – поднял руку один из юношей.

– Почему ты убил его?

– Я не убивал.

– За что вы убили сестру Марию? Мы легко докажем, что она убита вашими кинжалами. Сам факт, что у вас изъяты кинжалы кажется странным. Вы послушники в монастыре, а не бандиты.

– Мы были там… – Прошептал другой молодой человек.

– Откуда вы узнали, что в эту ночь сестра Мария будет в квартире?

– Я хорошо подделываю почерки… – сказал послушник. – Мы прислали ей записку от имени ее любовника.