— полярный волк, — ответил, улыбаясь другу.

Мужчина подошёл совсем близко. Соня попятилась к подъезду: ещё один хищник, прикидывающийся человеком. Он заметил это. Самоуверенная сияющая улыбка сползла с губ. Мужчина опустил глаза, негромко сказал: — здравствуйте, Софья Михайловна! Я… рад, что вы нашлись!

Соня нахмурилась, нехотя ответила: — здравствуйте. — Кажется, весь паршивый городишко был в курсе её бегства. Айк поморщился: — Соня, это Олег, знакомься. Он будет жить в Ачинске, пока я разбираюсь с делами дома. Олег в полном твоём распоряжении, сделает всё, что ты скажешь, — Айк улыбнулся, — если сумеет, конечно. — Мужчина, осторожно улыбаясь, развёл руками. Мол, чем смогу, тем помогу.

— Хорошо, спасибо, — с трудом выдавила Соня, не глядя на них. — Теперь я могу идти?

Олег изумлённо посмотрел на Айка. Тот болезненно поморщился, но ответил спокойно: — пожалуйста, Соня, не нужно спрашивать. Ты же знаешь, что свободна в своих действиях. Раз не хочешь с нами постоять…

— Мне работать надо, скоро отчёт, — она мельком глянула на приезжего, — до свиданья, Олег. — Повернувшись, скрылась в подъезде.

— Айк, — Олег неуверенно посмотрел на вожака, — я что-то не так сказал? Мне показалось, что Софья Михайловна с трудом выносит моё присутствие…

— Будь осторожен в словах, Олег, — Айк всё хмурил густые брови, глядя в сторону. — Не навязывайся к ней с разговорами, а тем более — с расспросами. Лучше молчи. Спросит — ответишь, а так — помалкивай. Она не любит нас и боится. К детям не лезь и боже тебя сохрани их обнюхивать! Выгонит и больше не пустит. Мне будешь звонить ежедневно, каждый вечер. Пока Соня к тебе не привыкнет и сама не позовёт в квартиру, сиди в машине. Деньги заберёшь у меня в гостинице, а теперь давай, рассказывай, что там случилось!

Айк уехал утром, простившись с Соней накануне. Уезжая вечером в гостиницу, он положил на кухонный стол свой бумажник. Она пыталась протестовать, но он, выслушав её, спокойно сказал: — я не знаю, как у меня пойдут дела и что меня ждёт, но мне спокойнее, если я буду знать, что ты с детьми не бедствуешь. Денег в бумажнике тебе на пару месяцев хватит. Олегу я тоже оставил, так что не стесняйся, эксплуатируй его на полную катушку. — Он чуть запнулся, глядя на Соню, но отвернулся и быстро вышел. Дети уже спали, так что она поплакала всласть. Над чем — она и сама не знала. Может быть над тем, что он даже не сделал попытки её поцеловать на прощанье? Или потому, что почувствовала себя одиноко? Всё же Соня опять привыкла, что каждый день он рядом. Кто знает, грустно и всё!

Олег добросовестно просидел весь день под окнами Сониной квартиры. На улицу она не выходила, даже детей, сонных, уложила в коляску и вывезла на балкон. Пусть хоть немного подышат свежим воздухом. Она уже отвыкла от ночных бдений, когда домашние дела и дочери отнимали всё дневное время, а на работу оставались вечера и ночи. Только сейчас она поняла, что Айк здорово помогал ей с малышами.

Время от времени Соня подходила к окну и посматривала на стоящую внизу машину. Временами Олег заводил двигатель, всё же стояла зима, и отметка термометра приближалась к минус двадцати. Из упрямства она не хотела звать его в квартиру, хотя совесть уже начинала её грызть. Соня пыталась успокоить её мыслями, что она не звала сюда Олега и не обещала беспокоиться о нём, но всё равно девушка чувствовала себя некомфортно. Она выдержала до вечера и не позвала его. Уже была ночь, когда он завёл машину и уехал, наконец, в гостиницу.

Малышня просыпалась рано, задолго до того, как начинало светать. Усадив дочерей на горшки, Соня подошла к окну: машина Олега стояла на стоянке. Она занялась неотложными делами и, покормив детей, опять глянула вниз. Мужчина, облокотившись на капот, лениво разглядывал окрестности. Она с раздражением рванула балконную дверь. Олег поднял голову, глядя на неё. Соня махнула ему рукой и вернулась в квартиру. Через несколько минут раздался деликатный стук. Она открыла дверь и буркнула: — у меня звонок работает!

Олег вошёл, улыбнулся: — доброе утро, Софья Михайловна! Спасибо, что разрешили войти. Признаться, я вчера замёрз. Что-то прохладно нынче в ноябре.

Она пожала плечами: — я вас в Ачинск не звала. Сидели бы в своём паршивом городишке, в тепле и без забот.

Олег хотел что-то ответить, но вовремя вспомнил приказ вожака не лезть к его паре с разговорами, и промолчал.

Соня ушла к детям, а когда, удивлённая тишиной, выглянула в прихожую, то увидела, что незваный гость так и стоит у двери, прислонившись широкой спиной к косяку. Она неприязненно спросила: — в чём дело?

Он опять улыбнулся: — вы не разрешали мне раздеваться и проходить в комнату.

Соня внимательно посмотрела на него: — хорошо, проходите.

Он быстро снял куртку и ботинки, осторожно сел на диван, глядя на играющих на ковре девчонок. Соня заметила, как он потянул носом, принюхиваясь, и нахмурилась. Он увидел её недовольство, виновато опустил глаза. Хмыкнув, Соня спросила: — Олег, вы будете завтракать? Я ещё не ела, так что сажусь и вас приглашаю.

— Спасибо, Софья Михайловна, — кажется, он был удивлён, — я тоже не успел позавтракать. Айк приказал быть у вашего дома не позднее шести часов утра, а я сегодня проспал, устал вчера за дорогу. Если можно, мне кусок хлеба и стакан чая.