Он растерянно глянул на Соню. Она усмехнулась, но выручать его не стала: пусть сам выпутывается.

— Так… я как-то не догадался… Думал, мы будем пить чай…

— Ладно уж, — Аллочка снисходительно махнула рукой, — на первый раз тебя прощаю, но имей в виду: торты я не люблю. И Сонька тоже. Там ничего натурального, одна химия. Вред от них, в общем.

— А-а конфеты? — Олег топтался в дверях, оторопев от такого напора.

— Конфеты тоже не лучше, — вмешалась Соня, — но мы их всё равно съедим, спасибо, Олег! Садитесь уже оба, чайник вскипел.

Гости чинно разместились за столом. К Аллочке на руки немедленно пристроилась Надюшка, а Оля, чуть погодив, принялась, пыхтя, карабкаться на колени к Олегу. Соня перехватила её. Не хватало, чтобы он уронил на ребёнка чашку с горячим чаем. Она поймала себя на мысли, что вот Айку дочь доверила бы без раздумий. В отличие от Олега, он легко управлялся с малышками, успевая вовремя подхватить, поймать, удержать.

За столом говорила, в основном, Аллочка. Она рассказала о том, что Аполлоша уже третий день как ходит в детский сад. Привычный к постоянному появлению в их квартире чужих людей, он легко влился в детский коллектив, и подруга похвасталась, что воспитательница не может нахвалиться общительным и послушным ребёнком.

Соня украдкой наблюдала за Олегом, который, в свою очередь, глаз не сводил с Аллочки. У него был такой восторженный вид, что она не вытерпела, громко фыркнула, сдерживая смех. Он вздрогнул и густо покраснел, мельком глянув на неё.

Аллочка нехотя встала из-за стола: — ладно, мать, мне надо домой отправляться. У меня назначено, скоро клиентки явятся.

Олег, как подброшенный пружиной, вскочил с табурета: — позвольте, Алла, я вас отвезу домой! — и перевёл вопросительный взгляд на Соню, которая заинтересованно наблюдала за ними.

— А я-то тут при чём? — удивлённо ответила она на его взгляд.

— Ну, — он смутился, — я обязан спросить вашего разрешения, Софья Михайловна.

— Вот это да! Вот это я понимаю! — Аллочка веселилась от души.

— Ну что вы, на самом деле, Олег! Вы свободный человек и можете делать, что считаете нужным, — но он продолжал упорно смотреть на неё, и Соня сдалась: — поезжайте, конечно, я буду только рада, если вы Аллу домой доставите. Кстати: не зовите меня, пожалуйста, по имени-отчеству, а то я чувствую себя такой старой! — она улыбнулась, и Олег ответил улыбкой:

— а вы… Соня, ко мне на “ты” обращайтесь, мне так привычнее.

Аллочка иронически вздохнула: — познакомились, слава Богу. Ну что, поедем?

Они вышли из квартиры, а Соня села на ковёр к дочерям и улыбнулась, вспомнив обожающий и несколько растерянный взгляд Олега, устремлённый на подругу. Вот и не верь после этого в любовь с первого взгляда.

Айк торопливо взбежал по ступенькам своего дома и в холле был встречен удивлённым и даже испуганным взглядом Марфы Петровны: — Айк? Ты приехал?? Но…почему ты не позвонил? — она суетливо принялась вытирать руки о фартук, — а… у меня ничего нет! Может, ты в ресторан сходишь пообедать? Ужином-то я сейчас займусь.

Он пропустил её слова мимо ушей. Прошёл на кухню и сел на выдвинутый стул. Требовательно сказал: — Марфа, что тут происходит? Ты всегда в курсе всех слухов и сплетен, так что рассказывай. И поторопись, мне некогда ждать, пока ты решишь, о чём рассказывать, а о чём умолчать.

Женщина замялась, неприязненно взглянула на вожака: — да что говорят! Что ты променял стаю на человеческую девчонку, что тебя надо сместить и провести поединок для выбора нового вожака. Молодые бегают по городу в зверином обличье и задирают людей. Говорят, уже было несколько случае нападений на человеческих женщин. Но я точно не знаю, вчера в магазине говорили.

Он сжал челюсти, нахмурившись, спросил: — кто провоцирует на это стаю? — она молчала, опустив глаза, — ну? — в его голосе послышалось рычание.

Домоправительница поёжилась: — я… не знаю, кто там у волков…воду мутит.

— А у волчиц? — она опять молчала, упрямо не глядя ему в глаза. Он угрожающе, тихо спросил: — Марфа, ты намерена перечить мне?

— Айк, это опять Лорен! Я уж ей говорила, чтобы не восстанавливала волчиц против тебя и этой девчонки… — он перебил её:

— мою супругу зовут Соня!

— ну да, Соня… Лорен всем говорит, что раз она твоя пара, значит должна жить в стае, а не где-то там. И дети… ей не родить щенков, раз она тебя не принимает в качестве мужа.

— У Айка расслабилось закаменевшее лицо, он усмехнулся: — она родила мне двух самочек, им уже год. Оленька и Надюша.

Домоправительница с недоверием посмотрела на него: — это она так говорит! А что на самом деле — неизвестно.

— Ладно, Марфа, мне ваши с Лорен домыслы неинтересны, — он поднялся на ноги. — Я поехал к Звягинцеву, скоро вернусь. Что же касается детей, так Соня как раз отрицает, что они мои. Но я-то вижу, что они похожи на мою мать, да и запах у них мой. Так что давай, займись ужином.