– Caro, ты такой упрямый! Почему нет? – Донателла выпила чашку кофе и начала одеваться.

– Мне нравится свобода, нравится независимость.

– То есть тебе нравится иметь место, где можно трахаться с другими за моей спиной? – подытожила она, потянувшись за платьем.

Роберто обернулся:

– Не глупи, Донателла!

– Тогда почему я не могу переехать из своей квартиры сюда? Меня страшно раздражает, когда часть моей одежды здесь, а часть – там. Так неудобно! – захныкала она.

– Нет. Пока нет.

– А когда?

– Я не знаю.

– Все еще тоскуешь по женушке? – съязвила Донателла.

– Нет!

– Тогда почему бы не развестись?

– Мы разошлись всего год назад. Слишком рано. Я же сказал, Донателла: мне нужно подумать о ребенке.

– Но, caro, после развода ты мог бы жениться на мне.

– Она может не согласиться, особенно если узнает, что ты переехала сюда.

Роберто опустил тот факт, что никогда не думал о браке с Донателлой всерьез.

Она взяла сумочку, подошла к нему и обняла за талию, а он угрюмо смотрел на Нью-Йорк.

– Почему ты так несчастен, Роберто? Здесь у нас есть все. Все! Твоя прекрасная карьера, друзья, мы сами… Но, кажется, тебе мало.

Роберто не отвечал.

Донателла вздохнула.

– Мне надо идти. Я обедаю с Триш Сент-Регент. Позвони из Парижа, хорошо?

– Конечно.

– Я люблю тебя. Ciao!

Она чмокнула Роберто в затылок, и вскоре он услышал, как закрылась входная дверь.

Он открыл рот, и по комнате прокатилось высокое до. Роберто вложил в ноту всю свою тревогу и страдания.

Он отвернулся от окна и прошел в гостиную. Может, еще не поздно? Может, если взять телефон, набрать номер Розанны и сказать, что он по-прежнему ее любит, тоскует, что она нужна ему, как воздух, то она простит его, а отчаяние и страдания наконец отступят?..

Он взял трубку и набрал первые несколько цифр. Потом положил на место – гордость снова победила. Роберто рухнул на стул и протяжно, мучительно застонал. Сердце колотилось, голова кружилась, подступала тошнота – в последнее время такое случалось часто. Возможно, он нездоров и следует обратиться к врачу? А может, это просто отчаяние.

Год назад, после их расставания той ночью, его охватил праведный гнев. Да, он совершил ошибку – серьезную ошибку. Но ведь не непростительную? В конце концов, он Роберто Россини, маэстро! Другие жены оперных звезд закрывают глаза на выходки мужей, понимая особенности артистического темперамента. Виноват ли он, если его желают женщины и он не удержался перед искушением? Розанна осознает ошибку и позвонит, умоляя вернуться. Роберто ждал ее звонка в Лондоне. Но со временем понял: этого не случится.

Потом пришла боль – глубокая боль, которая никогда его не покидала. Полгода назад он переехал в Нью-Йорк, убеждая себя, что расстояние решит проблему. Там была Донателла – удобная, инициативная и удивительно любящая. Иногда Роберто удавалось на несколько секунд забыться в ее объятиях. Но чаще всего он закрывал глаза и представлял, что под ним Розанна.

А его ребенок – его Нико – начнет ходить и говорить свои первые слова без папы.

«Возьми телефон, Роберто. Давай!» – приказал он себе.

Роберто снова набрал номер. Руки дрожали. Через несколько секунд он услышит ее голос, и мучения, несомненно, закончатся.

Послышался гудок. И еще. Если она в саду, потребуется некоторое время, чтобы добраться до дома, особенно с маленьким ребенком. Роберто подождал еще несколько секунд, прежде чем отключиться.

Когда он встал, телефон зазвонил. Роберто ответил молниеносно.

– Привет! Это Крис. Просто хочу убедиться, что ты готов. Буду через полчаса.

Он положил трубку и закрыл лицо руками.

– Кажется, там звонит телефон, – сказала Розанна, помогая Нико выбраться из машины Стивена. – Присмотришь за ним, пока я сбегаю внутрь?

Розанна открыла входную дверь и побежала в гостиную. Когда она подошла к телефону, тот замолчал.

– Ты ждешь звонка? – спросил Стивен, заходя в комнату за руку с Нико.

– Нет. Ну, если что-то важное, они перезвонят, верно?

– Да, конечно.

Теперь Стивен бегал за хихикающим Нико вокруг журнального столика. Розанна плюхнулась в кресло.