— Алексей, я понимаю, что не в праве тебя просить, но поскольку ты теперь у нас главный, не могу не рассказать о своей ситуации, — проговорила она, преодолевая то ли неловкость, то ли какое-то смущение.

— Я буду рад тебе помочь, если только это окажется в моих силах, — ответил я.

— Наверное, я стала слишком малодушной. Сама не знаю, правильно хочу поступить или нет. Раньше я назвала бы это трусостью, поэтому мне стыдно об этом говорить.

— Мы никогда не держали тайн друг от друга. Помнишь ведь? Я всё пойму.

— То были другие люди в другом мире, — вздохнула Тамара. — Слишком многое изменилось с тех пор.

— Но ты всё равно решила со мной поговорить. Тогда говори, не стесняйся.

— Видишь ли, наш мир гибнет. Ты уже знаешь об этом. Я опять оказалась там, где человечество не способно противостоять тёмной угрозе. И я ничем не могу им помочь. У нас осталось небольшое поселение на берегу Северного моря. Твари атакуют постоянно, мы пока держимся, но… это не может долго продолжаться. Однажды мы погибнем. Я погибну снова.

— Жаль, что так получилось. Но чем я могу помочь? Даже если я отправлюсь в твой мир, это ничего не изменит. У меня недостаточно сил, чтобы уничтожать огромные армии.

— Я понимаю.

— Даже если ты погибнешь, тебя обязательно достанут из мрака. Ты не останешься там навечно. Десятый, помнится, говорил, что очень много духов из разных миров занимаются освобождением тех, кто попал туда.

— А я боюсь, Алексей, понимаешь? Я боюсь. Я не хочу опять оказаться во мраке, где нет надежды, и где каждая минута тянется вечностью. Я побывала там однажды и не хочу возвращаться.

— Я — тоже. Всё сделаю, чтобы этого не повторилось. Но какой выход ты предлагаешь?

— Я бы хотела уйти из того мира. Я всё понимаю: подло бросать своих, и я… поступлю, как трусиха, но ничего не могу с собой поделать. Кроме того ко мне ужасно относятся. Я — единственная, кто владеет тёмной магией, а люди там очень суеверны. Наверное, меня уже убили бы, если б не моя сила… В общем, я не собираюсь там оставаться.

— И это правильно, — не задумывая, ответил я.

— Правда? Ты меня не осуждаешь?

— Ни капли. Если мир погибает, незачем помирать вместе с ним, тем более когда у тебя есть великая миссия. Мы спасём десятки миров, а может, и сотни. Тебя просто неудачно закинули, и ты не обязана из-за этого страдать. Но куда ты отправишься?

— Об этом я и хотела с тобой поговорить… — Тамара потупилась.

— То есть… ты хочешь переселиться в мой мир?

— Не обязательно в твой. В любой, где я смогу жить и готовиться к грядущей битве.

— Тогда мой мир тебе вполне подойдёт. У меня есть владения, куда никто не сунет нос, есть охрана, деньги. У меня ты будешь в полной безопасности и сможешь заниматься тем, чем нужно. Более того, не знаю, как ты, а считаю, что всей нашей команде стоило бы жить в одном мире. Тогда не было бы такого, что сегодня один не может пойти, завтра другой, послезавтра у третьего какие-то проблемы. Это совсем не помогает делу. Но, думаю, никто не согласится. В общем, милости просим. Приходи в любое время.

— Надо же, сколько у тебя всего. Ты много добился за эти годы.

— Нет, просто получил хорошее наследство, — улыбнулся я. — Хотя кое-какие проблемы были.

— Тебя тоже третировали из-за твоих способностей?

— Не без этого. Пытались тут некоторые… Но для них ничем хорошим это не кончилось.

— Не удивительно. Ты стал очень сильным. Наверное, даже сильнее, чем в прошлой жизни.

— Да, я стал сильнее. И ты станешь, если будешь регулярно сражаться с тёмными и поглощать их силу. Так когда хочешь переселиться?

— Если можно, то прямо сейчас. Там меня ничто не держит.

— Отлично. Тогда пошли. Только я тебя сразу должен предупредить… Возможно, тебе это не очень понравится. В общем, у нашей аристократии заведено брать себе по несколько жён. Так у нас устроено… А поскольку я князь, у меня сейчас три жены.

— Сколько?! Три? Ты когда успел? — Тамара приподняла брови от удивления.

— Скоро четвёртая будет. И уже одна дочь родилась, вторая на подходе. Мне наследник нужен, но зачать мальчик там непросто. Магия даёт какой-то сбой в организме. Поэтому аристократы у нас заводят себе гаремы, чтобы как-то решить эту проблему, иначе все владеющие выродились бы давно. Понимаю, ты, наверное, ревновать будешь…

— Вовсе нет, — покачала головой Тамара, но слова её прозвучали не слишком убедительно. — Ты теперь другой человек, я — тоже. Нас больше ничего не связывает… Я не буду ревновать.

Чувствовалось, что Тамара расстроена, и мне казалось это странным, ведь, во-первых, прошло много времени, а во-вторых, мы в самом деле стали другими, причём не метафорически, а буквально. Передо мной стояла малознакомая девушка, к которой я не испытывал никаких чувств. По идее, и для бывшей Ясмин я должен был стать совершенно чужим человеком.