Вокруг нас вертелись существа, похожие на всё и сразу. На зверей, морских гадов, птиц и насекомых, на мутантов с крыльями, на прекрасных ангелов и адских псов, на бесформенные кляксы энергии, на сочащиеся чёрной смолой глазные яблоки, на прекрасных нимф и мускулистых воинов, на дряхлых стариков и старух, на смеющихся детей и рваные облака…

И всё это полчище духов в один момент обрушилось на танцующих, но не на всех, а только на те восемнадцать пар, что имели наглость прийти сюда за статусом.

Не отпуская руки Виринеи, я рванул в сторону, одновременно прижимая девушку к себе и закрывая от атаки одного из монстров. Затем быстро вытянул из ножен меч и рубанул по твари, но та лишь растворилась в воздухе, обдав меня вонью и оглушив хохотом.

Тогда в ход пошла эктоплазменная волна, не слишком мощная, но это только обожгло тварей — они с визгом отпрянули и заметались над нашими головами.

— Ты их не убьёшь! Их невозможно убить! — Виринея сама бросилась в бой.

Её рука в белой перчатке выскользнула из моей ладони, и девушка выхватила топор. Те узоры, что я видел на её оружии, внезапно ожили. Потоки мрака окутали Виринею с ног до головы, розовое платье будто пропиталось темнотой и почернело.

Девятый ранг некроманта давал о себе знать.

Виринея стала намного сильнее, чем раньше, и это вызывало уважение.

Рубанув топором по ближайшей твари, девушка что-то прошептала, и атакующий её дух тотчас же исчез — она отправила его обратно в бездну Эреба, откуда тот был призван.

Потом то же самое случилось и со второй тварью, и с третьей, и с четвёртой.

Виринея отправляла их обратно, рубя топором и шепча проклятья. Ну а я обеспечивал ей безопасность с тыла, приняв образ призрака. Моя эктоплазменная волна отшвыривала духов назад, а щиты раскручивались, как диски, и разрывали существ на части. Это ненадолго останавливало их: пока разбросанные теневые ошмётки собирались вместе, Виринея успевала отправить их в бездну Эреба.

Так продолжалось несколько долгих минут.

Музыка давила на уши, с балконов наблюдали сотни глаз, а пары танцевали, проносясь мимо нас, будто ничего не случилось.

Я и Виринея уже не танцевали — какие уж тут танцы? — но неплохо справлялись вместе, пока не услышали отчаянный женский вскрик.

Сначала я подумал, что кто-то не справился с атакой тварей в этом адском хаосе. Только дело было в другом. Зрение сидарха позволило мне разглядеть, как одна из претенденток на статус Тёмной Госпожи пронзила другую претендентку кинжалом.

Тощая длинноносая блондинка в голубом платье всадила клинок конкурентке прямо в спину, пока та сражалась с духами вместе со своим сопровождающим. Тот даже ничего не успел сделать, только с воплем подхватил тело девушки и опустился вместе с ней на пол, прямо под ноги остальным.

Похоже, клинок был отравлен, потому что кожа жертвы моментально покрылась гнилостными пятнами…

А некроманты вокруг продолжали танцевать, как будто ничего не случилось.

Потом был ещё один выкрик, уже мужской, но что именно случилось, я увидеть не успел. Лишь услышал, как падает очередное тело, испуская глухой короткий хрип смерти. В этом мрачном круговороте мрака вообще было сложно за всем уследить, даже с магией сидарха.

И если честно, такой цели не было.

Я выполнял лишь одну задачу — защищал Виринею от атак всего и всех. В этом и заключалась моя клятва Хибинской Ведьме: продержаться вместе с её наследницей всю ночь, до самого конца Бала Мёртвых.

Неожиданно Виринея бросилась в самую гущу.

Нас тут же разнесло в разные стороны по залу. Девушка мгновенно затерялась в мельтешащей толпе. Я лишь успел увидеть, как Виринея вскидывает обе руки и призывает силы Эреба, и как над головами гостей вспыхивает мерцающая зелень, вроде северного сияния.

Снова задрожали люстры.

Звон стекла смешался с треском мраморной облицовки зала. Гул пронёсся под потолком, как из гигантской трубы, после чего вокруг колонн в медленном вихре начали подниматься тени.

Я рванул в толпу, чтобы снова прикрыть Виринею, и в этот самый момент увидел, как позади неё появилась та самая блондинка в голубом платье, которая уже убила одну конкурентку (а может, не одну).

Образ призрака позволил мне оказаться рядом с этой хитрой стервой за долю мгновения, ну а затем в ход пошёл уже мой меч. Я не стал убивать эту Ведьму, но сделал так, чтобы она выбыла из борьбы: рубанул её по голеням сзади, а затем отшвырнул эктоплазменной волной в сторону.

Заодно хорошенько обжёг ей кожу на лице. Возможно, у этой твари останутся шрамы в память о том, что нельзя победить, убивая исподтишка.

С визгом девушка пролетела ползала, ударилась о стену и потеряла сознание, обмякнув на полу.

Никто не обратил на неё внимания. Лишь хозяйка бала Лидия Соломина бросила брезгливый и скучающий взгляд в сторону выбывшей некромантки и снова вернулась к своей задаче — величественно наблюдать с балкона.

Виринея, кстати, даже не заметила, что только что чуть не погибла.