Значит, не только Виринея верит Феофану, но и её дядя. Уважаемый человек, высокоранговый маг и профессор, учёный и преподаватель. И это всё не помешало ему тоже состоять в секте… то есть, в Ордене.

Я потёр лоб и задумался. Ну и кто из собравшихся Феофан?

Выбор большой.

Все едят одно и то же, общаются или просто ковыряют десерт в одиночестве (а кто-то даже в компании с черепом).

Ладно, поехали.

Первым делом я обратил внимание на одинокого пожилого мужчину. Если бы кто-то на моём месте искал Феофана-сказителя, то сначала бы подумал на него, без сомнений. Короткая бородка, строгий взгляд, дорогой костюм, к штруделю почти не притронулся. Он сидел вполоборота и пил чай.

Слишком очевидно.

Если честно, я не представлял этого человека на трибуне Чёрной арены, который бы пришёл поглазеть, как сражается персонаж из его же сказания. Он бы лучше сам меня вызвал, чтобы познакомиться. Через ту же Виринею.

Я перевёл взгляд на молодого парня, сидящего за столиком у входа.

Может, он Феофан?

Съел половину штруделя, пьёт кофе, задумчивый и хмурый, будто готовится к чему-то серьёзному, вроде студенческого экзамена, или девушке предложение собирается делать, или наоборот порвать с ней, или у него долги. Вот его было проще представить на Чёрной арене.

Но я посмотрел на невзрачную девушку, тоже сидящую в одиночестве. Она — сказитель? Если она скрывает свою личность, то нет ничего удачнее выдать себя за человека другого пола.

Я нахмурился и посмотрел на двух пожилых женщин.

Нет. Среди них точно нет Феофана, даже если он скрывается под мужским именем будучи женщиной. Потому что они обе — гладиаторы, я почуял это почти сразу.

Мой взгляд уткнулся в дядю Виринеи. Профессор Воронин с удовольствием уплетал штрудель и о чём-то говорил с черепом. Он был некромантом, а не пророком, и явно пришёл просто посмотреть, что я буду делать.

Тем временем передо мной на стол поставили чашку кофе.

— Со сливками, без сахара, — томным голосом произнесли над моей головой.

Это была Виринея.

У меня даже дежавю случилось. Всё точь-в-точь, как в прошлый раз.

Девушка подошла ко мне, в короткой форме официантки, в фартуке, с приветливой улыбкой и яркими голубыми глазами.

— А штрудель? — спросил я, поднимая на девушку взгляд.

— Штрудель будет, — промурлыкала она, наклоняясь ко мне ниже. — Обязательно будет. Можете не сомневаться.

Я уже ждал, что она снова опрокинет на меня кофе, как тогда, но Виринея подвинула чашку ближе ко мне и поинтересовалась:

— Ну так что скажете, господин Бринер? Феофан ждёт. Он с удовольствием позавтракает с вами, если вы его угадаете.

— А если не угадаю?

Она пожала плечами.

— Конечно, не угадаешь. Поэтому я бы на его месте выперла тебя из пекарни, балбес. Но он, скорее всего, устроит тебе ещё одно испытание. Слишком ты ему нравишься.

Я пристально посмотрел на Виринею.

— А если угадаю, ты накормишь меня малиновым кексом, в конце концов?

Её вечно бледные щёки порозовели.

— Ты отвлекаешься, Алекс. Тем более сегодня подают штрудель. Яблочный.

Я усмехнулся. Мне нравилось вгонять её в краску.

— Но я-то хочу кекс. Малиновый.

— Бринер! — зашипела она. — Ты вообще-то на проверке! И видимо, придётся проводить для тебя еще одно испытание, потому что ты…

— Не нужно ещё одно испытание. — Я поднялся из-за стола. — Я уже понял, кто тут Феофан. Но с кексом мы ещё не закончили.

Я направился прямо к столику, где сидела семейная пара с ребёнком.

Мужчина уже было собрался что-то у меня спросить, но я посмотрел мимо него.

Мой взгляд остановился на ребёнке.

Десятилетний мальчик, рыжий, с весёлыми веснушками по всему лицу и проницательными зелёными глазами. На его футболке был прицеплен значок с каким-то мультяшным хомяком, на руке пестрели кляксы от чернил. А ещё он съел свой десерт и сейчас сидел в ожидании второго.

— Привет, Феофан, — поздоровался я. — Ну и как тебе штрудель?

Пацан откинулся на спинку кресла и улыбнулся.

— Надо же. Догадался. А ты ещё круче, чем я думал.

Голос у него был бодрый, говор быстрый, а движения — стремительные. И всё бы ничего, но глядя на этого мелкого сказителя, я никак не мог представить, что вокруг рыжего мальчишки, похожего на хулигана со двора, собрался целый Орден.

Взрослые люди.

Даже профессор Академии.

— У тебя на лице написано, что ты не особо представляешь меня сказителем, — вздохнул мальчишка.