– Залюбовалась, значит?
– усмехнулся Даниэль, обнимая меня. Я лежала у него на груди, чувствуя, что боль уже отступила. Мягкая рука успокаивала меня прикосновениями.

И тут послышался визг. Дверь в спальню распахнулась, а в нее вместе с холодом влетел огромный волк.

Глава 40

Не успела я опомниться, как в дверь влетел мистер Шепард с мечом в руках. Последними влетели Аспен и Тесс в наспех наброшенном плаще.

– О, богиня!
– ахнула Тесс, прижимая руки к лицу. Она смотрела на меня, а потом на окровавленную простыню. Ее лицо было бледным, словно у статуи. Она отшатнулась сначала от нас, а потом спряталась за няню.

– Я отдал тебе свою дочт- зарычал мистер Шепард, полыхая от гнева.
– Я был уверен, что вы - джентльмен! Я надеялся, что моя дочь будет счастлива! А вы вот как…

– Р-р-разор-р-рву!
– послышался яростный голос нянюшки. Огромная волчица скалила зубы. Шерсть на ее загривке дыбилась, а глаза сверкали ненавистью.

– Даниэль... У меня в голове не укладывается!
– сглотнул бледный Аспен.
– Я .. я был о тебе лучшего мнения! Поднять руку на бедную девушку! Ничто не может послужить оправданием такому поступку!

– Мне... мне плевать, что ты дракон и герцог!
– заорал мистер Шепрад.
– За мою крошку

Эрцилию я задушу голыми руками!

Отец замахнулся мечом, а я слетела.

– Папа, тише! все в порядке!
– произнесла я, видя еще и Риона на заднем плане.
– Он не бил меня... Я упала со ступеньки! Просто упала! И ударилась носом и губой!

Папочка, пожалуйста!

– Я понимаю, Эрцилия, ты покрываешь его, потому что любишь - выдохнул Аспен, глядя на

Даниэля, как на врага народа.
– Но ты пойми! Брак не строится на насилии!

Я понимаю, тебе очень стыдно признаваться в таком. Я понимаю, что ты оказалась не девушкой! И тебе стыдно сказать об этом! И, возможно даже, Даниэль уже извинился, попросил прощения... Но это повториться! Ничто не оправдывает столь гнусного поступка!

Ничто! Даже отсутствие дественностьи в первую брачную ночь.

– Откуда вы узнали?
– удивленно спросила я.
– Ведь ничего такого не было.

– Я подкупил слугу!
– гордо произнес мистер Шепард.
– По старой традиции! К тому же мы были не уверены в том, как у вас все пройдет. И на всякий случай пришлось заплатить. А

слуга прислал нам весточку о том, что герцог зашел в комнату, послышался удар, а потом прибежала служанка и увидела молодую госпожу с разбитым лицом. И герцога, который стоит перед ней на коленях. Служанке было поручено принести снег и сосульки, чтобы завтра следов побоев не было видно!

– Так, еще раз!
– выдохнула я.
– Когда Даниэль вошел, я посмотрела на него и забыла про ступени. Он бросился ко мне, отдал свою сорочку, послал служанку за снегом и зельем, лечил, утешал, а потом появились вы.

– Медленно отойди от него и одевайся! Завтр-р-ра мы едем к кор-р-ролю!

растор-р-ргать бр-р-рак!
– зарычала няня.
– Не хватало нам мужика, который бъет девушку за то, что кто-то подарил ей на свадьбе ожерелье!

– Не надо к королю! Прости, Даниэль. Но твой ужасный поступок вынуждает меня сказать правду!
– гордо произнес Аспен.- Я молчал ради вашего счастья. А сейчас вижу, что ты обращаешься с девушкой, как последний подонок! А я еще считал подонком графа

Адама!

– Какую правду?
– вскинул седую бровь мистер Шепард.

– О том, что брак все-таки грешный. И разрешение король не подписал! – произнес Аспен.

– Так вы еще и обманули мою дочь?
– медленно произнес мистер Шепард. – Вы обманули мою Эрцилию? Вы... Да вы мерзавец.

Я увидела, как Даниэль встает.

– Я никогда бы не поднял руку на девушку! Это раз!
– прорычал дракон.
– Даже если бы

Эрцилия Шепард оказалась не девственницей, я бы даже не дал ей понять, что заметил.

Мне плевать, девственница она или нет! Я был готов к худшему исходу. К тому, что бедной девочке придется объяснять любовью и лаской, что не все мужчины - подонки. Я

готов был проявить столько терпения и такта, сколько нужно.

Чтобы однажды держать в объятиях по настоящему счастливую женщину. А по поводу грешного брака тут все просто. Я хотел жениться на ней, король был против.

И как я не пытался, он все равно против! И я решил, что поставлю его в известность уже по факту свадьбы! Поэтому и пригласил жреца богини любви. Не какого-нибудь, а самого