— И насколько она богата? — тихо уточнил тот, не разрывая со старушкой зрительного контакта, хотя её внешний вид прикладывал к тому максимум усилий.

— У её чихуахуа личный водитель, — Уэйд лишь пожал плечами, наблюдая за реакцией друга.

— В другой раз, — вздохнул тот, отворачиваясь. — Что еще?

— На девять часов. Госпожа Флетчер, покинутая любимым, который улетел к далеким берегам северных владений Империи.

— Вообще в другой раз, — Ллойд фыркнул, даже не рассмотрев точеную фигуру женщины, что разочарованно поникла, потеряв взгляд ловеласа.

— Какой ты сегодня привереда. Уговорил. Гвоздь сегодняшней программы на шесть часов.

Там, прямо перед ними, сквозь мелькающий бег чужих танцев, виднелся небольшой столик, за которым восседало несколько леди.

— Та, что в центре, — Спенс кивнул на темноволосую девушку, что выражала эмоции куда ярче, чем её сдержанные подруги. — Свежеиспеченная вдова какого-то командующего. Убей, не могу вспомнить его имени…

Черные волнистые волосы опадали на хрупкие изломанные эмоцией плечи. Голубое платье девушки отдавало глянцевым блеском, а нежное красивое лицо, несмотря на громкий смех, оставалось пустым.

Он видел таких, как она, десятки раз и не был удивлен новой встрече. Женщина явно увлеклась алкоголем, вероятно, не остановившись на одной лишь выпивке. Её стеклянные глаза и гомерический смех напоминали наркотический угар. Скучная сломанная кукла.

Куда любопытнее была девушка, что сидела рядом с ней. Нет, не та блондинка в зелёном платье, что стреляла глазами в их сторону, а та загадочная леди чуть постарше, что аккуратно наблюдала за вдовой, изредка осматриваясь вокруг.

Всё в ней приковывало взгляд, порабощало мысли и заставляло терять контроль над самим собой и своим мужским началом. Иссиня-черные локоны спадали на тонкие плечи, что, несмотря на их хрупкий вид, были гордо расправлены. В приглушенном освещении её кожа казалось белой, словно бумага. Широкие брови, так несвойственные сегодняшней моде и так безусловно подходящие ей, ложились прозрачной тенью на серые глаза. Она была облачена в закрытое красное платье с высоким воротом, что скрывал её лилейную шею. Морщины, что откровенно заявляли о её возрасте, вовсе не старили её, а лишь придавали зрелости красивым чертам лица.

— До одури богата, как видишь, не дурна собой… — продолжал нахваливать свою находку Уэйд. — Одним словом — хороша. За исключением одной ма-аленькой детали, — для пущей наглядности незначительности изъяна девушки, он поднёс к глазам сжатую щепоть. — Точнее двух. Эй! — он опустил руку, заметив, что Аддерли не дослушал его, тут же переходя в наступление. — У неё дети, Ллойд!..

Казанова уже не слышал громкого шепота со спины. Минуя танцующие пары, он уверенно подошёл к диванчику. Уэйд устремился за ним, но, не обладая грацией графа, столкнулся с гостями вечера, тут же неловко извиняясь.

— Леди, — поздоровался он, склоняясь в приветствии.

Его голос окончательно преобразился, принимая тот самый манящий вибрирующий тембр. Спенс пристроился рядом, одёрнул рукав пиджака и повторил жест друга, слегка кланяясь.

— Добрый вечер, дамы! — чересчур громко поприветствовал девушек Уэйд. — Я — Спенсер, а это мой хороший друг…

— Ллойд!.. — с придыханием протянула блондинка, засматриваясь на мужчину. — Я Вероника… — она поднялась с места, протягивая мужчине дрожащую руку.

Широко улыбнувшись, Аддерли лишь слегка сжал её, вызывая удивление. Резко дернув девушку на себя, он на мгновенье прижал её к своей груди, тут же развернулся и оттолкнул девушку в объятия Спенса, падая на освободившееся место. Уэйд не растерялся, тут же обнял блондинку за талию и кокетливо улыбнулся, но та лишь отмахнулась, выпутываясь из объятий и снова зачарованно глядя на Ллойда, будто не заметив хамского обращения мужчины.

— Милая Вероника, — начал он, заглядывая в её глаза. — Будь так любезна… Принеси нам выпить, — улыбнулся граф, наблюдая за несменяемым восхищением на лице простушки.

— Уже бегу! — радостно согласилась та, удаляясь.

Ллойд же перевёл взгляд на оставшихся девушек, чтобы оценить их реакцию на его маленькую проделку. Вдова продолжала глядеть на него пустыми глазами, при этом озорно улыбаясь.

— Кора, — выдала она уже знакомое ему из уст второго пилота имя.

Загадочная незнакомка коротко провела по электронным часам на тонкой кисти, окидывая его изучающим взглядом. Мужчина невольно обжегся им.

Разумеется, как он не сумел узнать коллегу. Да, пусть она была не столь юна, как он, но это вовсе не мешало ей иметь головокружительный успех. Такие брали не красотой молодой кожи, а энергией и флером, очаровывающим не хуже самых юных дам. И этот взгляд...

Та же сухая оценка, тот же непрерывный анализ, тот же едва заметный хищный оскал. Безусловно, эта леди высматривала кого-то, а Ллойд ей, кажется, помешал. Вечер за одно мгновение стал интересен. В груди расцвел азарт, обещающий долгой и продолжительной игры.

Это, пожалуй, был четвертый тип людей, который Аддерли выделял среди прочих. В чем-то конкуренты, в чем-то соратники и товарищи, — люди, овладевшие его мастерством. Они сорвали природный джекпот: красота, харизма и титул. Нет партий более любопытных, чем складывается с ними. Нет удовольствия большего, нежели загнать хищника в угол, показав, что он лишь добыча. Приблизиться, напасть, обвить толстыми кольцами контроля, словно голодный удав, и сжать их, захлопывая ловушку.