Понятно. Значит, информационная атака. Ожидаемо, но всё равно неприятно, конечно.

Посмотрим, что там про нас пишут…

Как интересно. Меня публично обвиняют в рейдерстве. Берут интервью у графини Белозерской, которая с удовольствием рассказывала, что я захватил место председателя обманным путём. Подробности, к счастью, она держала при себе.

— Матвей, притормози, — прошу я водителя.

Он останавливает машину у тротуара и спрашивает:

— Школа отменяется, ваше сиятельство?

— Вполне возможно. Сначала надо кое-что посмотреть.

Путём нехитрого поиска выясняю, что первым изданием, опубликовавшим статью о рейдерстве, был мой любимый Золотой лев. Но вот что интересно — медиа-сеть Череповых в этот раз не стала подключаться. Другие крупные СМИ с радостью подхватили новость. А вот злейшие враги рода молчат.

Хм-м. Делаю вывод, что таким образом они подают сигнал, что не хотят в это вмешиваться. Возможно, что дедушка Алексей всё же поболтал с членом их клана и объяснил, что атаковать в публичном поле одного из Грозиных чревато последствиями. Уверен, что князь Черепов точно так же не хочет новой войны, как и князь Грозин.

Звоню Егору. Оказывается, тот уже в курсе происходящего и начал ответные действия. Пока всё по стандарту — попытаться перебить негатив позитивом и запустить в комментарии десятки ботов. Пусть они утверждают, что всё это ложь и клевета.

Потому что так и есть, на самом деле. Да, я захватил компанию, но полностью законным путём. Это нельзя назвать рейдерством.

Я заранее подозревал, что после подачи Белозерской иска в суд такое может случиться. Поэтому уже были готовы опровергающие материалы, которые Егор прямо сейчас распространял.

С такими темпами я скоро стану экспертом в информационной войне. Уже не в первый раз приходится воевать через СМИ и социальные сети.

Продолжаю искать и нахожу кое-что гораздо более интересное. «Компания Цитата обвиняется в мошенничестве», гласит заголовок. Не понял, какое мошенничество?

Открываю статью и с удивлением читаю, что покупатель наших сибирских активов, оказывается, намерен подать на нас в суд. Вот это сюрприз! Неужто он тоже изначально был подослан моими дядьями?

Нет, вряд ли. Покупатель появился ещё до того, как меня официально изгнали из рода. Но могли ли дядюшки уже после покупки переманить его на свою сторону? Вполне возможно. У Династии длинные руки.

Вздохнув, говорю водителю:

— Ты был прав, Матвей, школа отменяется. Поехали в офис Цитаты.

Звоню Булатову и требую немедленно ехать туда же. Похоже, нам с бароном предстоит серьёзный разговор.

Пока едем туда, звонит Виктор и сообщает, что ночью на уральской фабрике была попытка диверсии. Один из работников специально испортил печь для сушки карандашей и намеревался устроить пожар. Происшествие предотвратили, виновник был пойман и допрошен. Оказалось, что с ним связались через анонимный мессенджер и предложили хорошую сумму.

Мы не сможем выяснить, кто это сделал, но сомнений у меня нет. Явно те же люди, что уговорили Эриха Кляйна выступить покупателем.

— Придётся усилить охрану на всех объектах, ваше сиятельство, — говорит Вик.

— У нас хватит людей?

— Часть придётся снять с офиса, если вы не против. Я не думаю, что его атакуют физически. Тех, кто останется, хватит. Если что, всегда можно позвать на помощь гвардию.

— Хорошо, действуй, — соглашаюсь я. — Если пострадает производство, это будет очень плохо.

— Вот и я так думаю. Принято, работаем.

Когда добираюсь до офиса, Булатов приходится подождать. Его благородие не торопится. Даже когда охрана мне докладывает, что он прибыл на парковку, проходит ещё немало времени, прежде чем барон поднимается. Как будто боится встречи со мной.

Надо полагать, не без причины.

— Доброе утро, Александр, — бурчит Богдан, заходя в кабинет.

— Доброе утро. Я так понимаю, вы уже ознакомились со всем, что про нас пишут?

Булатов, шумно выдохнув, подходит к кофемашине и жмёт кнопку. Только затем отвечает:

— Да.

— В том числе то, что компанию обвиняют в мошенничестве.

— Угу, — мычит барон.

— Я не понимаю, в чём здесь дело. Почему вдруг покупатель из Сибири ополчился на нас? Всё ведь прошло хорошо. Вы можете объяснить в чём дело?

— Я? — Булатов смотрит на меня через плечо.

— Да, вы. Потому что именно вы занимались той сделкой. Почему на нас хотят подать в суд?

— А разве в интернете не написано?

— Нет, — со сталью в голосе отрезаю я. — Ваше благородие, хватит ходить вокруг да около. Если вы понимаете, что к чему, так объясните мне. Я должен знать.