На тяжелых, корабельных цепях, спрятанных в кожухи, та выглядела целой комнатой, только без стен. Метров двадцать пять квардартных, а может и больше. При этом без поручней или каких-либо других страховочных элементов.

Просто громадная железная ступень, подвешенная внутри каменного колодца на другие железяки, а внутри, под ними, сотни метров пустоты.

Подземной пустоты. Где нет ни света, ни ветра, ни солнца, ничего. Только камень. Камень снизу. Справа. Слева. Сверху. Камень, который по лишь ему ведомым причинам не падает на голову осмелившимися спуститься вниз.

Давящая, тяжелая твердь, совсем не предназначенная, чтобы…

— Вам нехорошо? — заботливо спросил Паарлакс.

— Боюсь лифтов, — честно признался Арди, чуть согнувшись рядом с посохом и старающийся дышать вместе с ударами сердца. — И замкнутых пространств.

— Интересная особенность, — и с этими словами Паарлкас подошел к управляющему пульту, повернул рубильник и нажал несколько кнопок.

Вскоре громадные цепи задрожали, и платформа начала опускаться вниз. Арди, прикрыв глаза, старался не думать о том, что с каждым мгновением опускается все ниже и ниже под землю. И о том, как шахта вокруг постепенно сжимала свои тесные, несгибаемые объятья и…

— Ильдар, кстати, а как ты сегодня оказался так кстати у меня? Поставка питания только через три дня.

Ардан взмолился, чтобы Налимов, из-за виски, не проболтался, что его попросила Алиса, которую, в свою очередь, попросил Милар.

— Проезжал мимо, дружище, и понял, что мы с тобой давно не виделись.

— Давно? Мы обсуждали с тобой мой последний эксперимент только две недели тому назад.

— Две недели без близкого друга, это как полгода без жены.

— Поверь мне, Ильдар, без своей я бы провел и все два… ох, прости. Я не подумал.

— Ничего страшного, друг мой. Это все виски.

— Да… проклятый виски.

Ардан облегченно выдохнул. Милар не ошибся, когда говорил, что Ильдар поставлял питание для Питомника. Отсюда понятно откуда у Налимова дорогущий костюм, туфли за полсотни эксов и то, почему так хорошо знаком с Паарлаксом.

А еще хорошо, что тот не проболтался насчет Алисы. Правда оправдание мог придумать какое-то более изящное. А то звучало, как некая, на ходу придуманная, отговорка.

Оставшиеся четверть часа они проделали в молчании, а Арди еще и с закрытыми глазами. Может быть так он упускал какие-нибудь особенно впечатляющие виды, но зато чувствовал себя лучше. Ему даже дышать стало полегче, хоть все еще и казалось, что грудь и голову нещадно сжимали невидимые, стальные тиски.

— Приехали, — оповестил Паарлакс. — Добро пожаловать на третий горизонт.

Арди открыл глаза и увидел перед собой… технический коридор. Высотой метров семь, шириной около пяти. Пол, стены и потолок слегка мерцали в свете спрятанных за решетками Лей-светильников, отливая металлом.

Да, все вокруг, на что только падал взгляд, отливало металлом. Сталь, ровным слоем, покрывала камень, пряча его под своими холодными дланями.

А еще Арди так сильно скрутило, что желудок едва ли не поменялся местами с гортанью. И это не было связано с боязнью замкнутых пространств или же лифтов.

— Держите, — Паарлакс протянул Арди флягу с травянистым запахом.

Отвар.

— Поможет на какое-то время, — объяснил Старший Магистр. — Горизонты полностью экранированы от Лей, так что здесь немного особенная атмосфера.

Арди вовремя поймал себя за язык и не ляпнул, что уже сталкивался с подобным в камере Второй Канцелярии.

Выпив отвар, он почувствовал себя действительно на порядок лучше. Внутренние органы больше не танцевали безумные, островные пляски, а голова перестала болеть. Вот только ощущение, что у него словно руку отняли никуда не исчезло.

Без Лей юноша чувствовал себя так, словно у него забрали нечто ценное. Нечто, на что он прежде не обращал внимание, а сейчас, потеряв, ясно и четко осознал, чего именно лишился.

Странно, но тогда, в камере все это ощущалось куда слабее…

— А аномалии?

— Вы же сами читали — им в пищу добавляют специальные порошки на основе кристаллов Эрталайн. — А теперь пойдемте.

И они действительно — пошли. По коридору, полностью защищенному от влияния Лей-лини, вдоль массивных ворот. Стальных ворот. Таких, чьи створки, видимо, отъезжали внутрь стен. А еще рядом, совсем крохотным и незаметным, казался громадный рубильник. И пара маховиков и вентилей. А еще смотровые окна, двери куда более скромных размеров, подвесные графитовые доски с расписанием обслуживания клеток и… много чего еще.

Арди пытался отслеживать взглядом происходящее, но никак не мог отделаться от поганого ощущения. Сердце билось с запинками, воздух в груди то и дело казался зловонным туманом, от которого тошнило, а ноги то и дело пытались по собственной воле развернуть тело и броситься обратно в сторону лифта. Порой Ардан обнаруживал, что невольно касается ладонью стены. Искал в той дополнительную опору.

Влажная от пота, бледная ладонь касалась холодного металла, но тот отзывался лишь молчанием мертвеца. Арди ничего не чувствовал. Ничего не слышал. Мир вокруг него смолк. Не было ни шепота, ни тихих, едва уловимых историй.