Сюэ Моцзян объявился неожиданно — встал рядом и крепко взял за руку, не позволяя двигаться дальше.

— Видишь? Ты видишь… А-Цзян? — горестно прошептала Люй Инчжэнь. — Что нам делать с этим?

— Оставь его в покое, Син-эр! Пусть наслаждается победой. Он выкупил это мгновение у судьбы всеми тысячелетиями перенесённых страданий.

Люй Инчжэнь со страхом заглянула в лицо командующего Асюло. Лицо друга… Как надеялась, настоящего друга, а не подобия лицемерного Цай Чжэаня! Сюэ Моцзян выглядел очень спокойным.

Неужели только она видит ужас и мерзость всего, творящегося перед дворцом Юньци?!

— А-Цзян, не ты ли должен стать его опорой и, если понадобится, уздой для жестокости? — с надеждой спросила Люй Инчжэнь.

— Кто я такой, чтобы ограничивать вольный ветер? — Сюэ Моцзян с мимолётной улыбкой погладил её по спине. — Отпусти это, Син-эр. Не мешай ему пользоваться заслуженной властью.

— Разве не видишь… А-Цзян? Он охвачен демонами!

— Ты не права, Син-эр. Наш глава охвачен исключительно справедливым мщением. Не эти ли презренные лицемеры требовали смерти для воинов Асюло? Кого и зачем ты жалеешь, Син-эр?

— Я? — Люй Инчжэнь отшатнулась от Сюэ Моцзяна, едва не потеряв равновесие.

Он попытался ухватить её за рукав, но вдруг передумал, внимательно разглядывая в упор.

— Скажи мне, Ань Син, на чьей ты стороне сейчас? И почему ты готова толкнуть его в спину?

Люй Инчжэнь с трудом проглотила ставший в горле ком. Почему Сюэ Моцзян ничего не видит?! Или… он на самом деле не желает ничего видеть?

Безумие, ворвавшееся в Небесный город, поглотит всё. Не будет ни победителя, ни побеждённых. Останется только тьма, уничтожить которую поспешит небесная кара. Разве это не очевидно?!

— Я на стороне здравого смысла, командующий Сюэ! Скажи мне, утолит ли гнев Тёмного владыки чаша крови, или потребуется осушить весь Небесный город?

— Если потребуется, что с того, Ань Син? Этот город давно заслуживает полного уничтожения. Так какая разница, чьими руками Три Чистых освободят Девять Сфер от зла?

— Прежде, чем говорить такое, командующий Сюэ, убедись, что победившее добро на самом деле не является наибольшим злом! Разве ты уверен, что зло здесь не сам глава клана Асюло?

Она мимо воли повысила голос. Отчаяние, постепенно заполоняющее сердце, мешало контролировать себя. Люй Инчжэнь жаждала сейчас только одного — закрыть глаза и проснуться в другом Небесном городе! Мирном, как тысячелетия назад.

— Ань Син…

— Меня зовут Люй Инчжэнь, Владыка-страж небесного дворца Дафэн!

Глаза Сюэ Моцзяна холодно блеснули.

— Вот как… — усмехнулся он. — Оказывается, их яд сожрал всю твою совесть! Титул хозяйки дворца Дафэн для тебя стал выше уз крови и обещания, данного в юности. Помнишь ли, моя дорогая Ань Син, что обещали семье Хун твои родители?

Люй Инчжэнь на миг зажмурилась, пытаясь отгородиться от всего: от обличающего взгляда командующего Сюэ, от стонов, доносящихся со двора, от вида одинокой фигуры в тёмно-синей мантии с золотой вышивкой на рукавах и подоле.

Больше нет сил, чтобы терпеть! Она не соврала себе. Она на самом деле желает уснуть, а затем проснуться в одном из беззаботных дней юности. Где нет противостояния между небожителями и кланом Асюло. Где безумие главы клана не грозит уничтожением всех асуров…

Под туго обвивающим талию поясом возникло резкое жжение. Оно быстро разрасталось, заставляя шёлк на её теле тихо потрескивать, как сухие головни в костре.

— Что… это? — послышался удивлённый голос Сюэ Моцзяна.

Пришлось открыть глаза. Между ними повисла студенистая капля цвета расплавленной ртути. Это она увеличивалась в размере, обжигая, подобно раскалённому в полдень солнцу.

Люй Инчжэнь бросила взгляд на фигуру в тёмно-синей мантии, одиноко замершую на краю террасы дворца Юньци.

— Хватит убивать… — прошептала она одними губами. — Будь таким, как прежде…

Её прервал гром. Басовитый и раскатистый небесный рык наполнил собой весь двор, больно ударив по ушам. А следом безжалостно выела глаза вспышка молнии.

Первый разряд пришёлся на зал, хранящий зеркало для наблюдения за миром смертных во время земных испытаний небожителей. Люй Инчжэнь определила это по направлению звука.

Она подняла горящее нездоровым румянцем лицо к небу. Грозовой шторм был прямо над их головами!

— Небесная кара…

Три Чистых пришли, чтобы стереть с нефритового лица Небесного города всю грязь. Но наблюдать за этим выше её сил!

Что там говорил Чэнь Чжэкай? «Око Бога в твоих руках позволит нарушить законы неба. Всего один раз сможешь противостоять Высшим сферам. Но непременно лишишься части совершенствования».