– Содержать пустой дом для одной ноги слишком дорого, – ответила Кейт. – Я не могу себе такого позволить.

Он снова кивнул и продолжил:

– Вы, конечно, не случайно оказались в квартире Дэвида Чапленда. И не без причины выдаете себя за журналистку.

Кейт не ответила.

– Никак не можете отпустить эту историю? – спросил Калеб.

Она продолжала молчать.

Кейт устала. Меньше всего хотелось поднимать тему вмешательства в чужое расследование. Меньше всего хотелось объясняться или оправдываться. У нее и без того слишком много проблем.

– Что ж, – продолжал Калеб. – По крайней мере, я могу сообщить вам хорошую новость. Если у вас возникло подозрение или страх, что Дэвид Чапленд имеет какое-то отношение к исчезновению Амели Голдсби, я могу вас успокоить. По сути, дела Амели Голдсби вообще не существует.

– То есть? – Усталость сразу забылась.

– Его не существует, по крайней мере в привычной нам форме. Я знаю об этом со вчерашнего дня.

– Амели нашлась?

– Да.

– Слава богу!

Калеб наконец рухнул на один из складных стульев.

– У вас случайно нет чего-нибудь выпить? Чего-нибудь покрепче, я имею в виду.

– Калеб, я даже не знаю…

– Так есть или нет?

Кейт принесла из кухни бутылку виски и два бумажных стаканчика, налила и села напротив Калеба. Тот осушил свой стакан одним глотком и рассказал все об Амели Голдсби и Алексе Барнсе. Об инсценированном спасении и остальном.

Кейт пришла в полное недоумение:

– Это невозможно! Все было совсем не так. Это не может быть правдой! Боже мой, бедные родители…

– Да, для них это был шок. Такой сюрприз от родной дочери!

– Она влюблена, – сказала Кейт.

– Барнс – скользкий, беспринципный тип, который на всем зарабатывает деньги. Кроме того, долгосрочная связь с Амели не входила в его планы. Он хотел избавиться от нее, и как можно скорее.

– Наверное, она это понимала. Он не мог просто оставить ее. Риск, что она кому-нибудь все расскажет, был слишком велик. Барнс потерял контроль над ситуацией и запутывался все больше. Вероятно, какое-то время ему все же придется провести в тюрьме.

– Но Амели тоже не уйдет от наказания.

– Препятствование работе полиции, не более того. Вымышленная история похищения, вымышленный образ преступника… Она пустила нас по ложному следу, а я ничего не заметил. Это моя вина.

– Никто ничего не заметил, – успокоила его Кейт. – Включая психолога, который разговаривал с Амели каждый день. Не вините себя, Калеб.

– Но шок был самый настоящий. Я о тех минутах, когда она висела над водой и Алекс не мог ее вытащить. Они не рассчитывали на это, но в итоге Амели чуть не погибла. Это придало искренности ее словам в беседах с психологом. Ведь Амели говорила правду, выражала свои настоящие чувства и страхи. Тем самым ей прекрасно удавалось скрывать остальную часть истории. Подозреваю, если б она решила рассказать о вымышленном похищении в деталях, мы столкнулись бы с куда большими противоречиями и нестыковками. Но до этого не дошло.

– Она не так проста, эта Амели, – заметила Кейт.

– Можно сказать и так, – согласился Калеб.

Кейт поймала его тоскливый взгляд на бутылку виски и сделала вид, что ничего не заметила. Иногда Хейлу требовалась защита от самого себя.

– Мы опять в самом начале, – сказал он. – Мы не знаем, кто убил Саскию Моррис. Речи о серийном убийце больше нет. То есть похищение Саскии Моррис вполне могло быть преднамеренным. Она не случайная жертва, оказавшаяся не в том месте не в то время. Нужно еще раз тщательнее присмотреться к ее семье и окружению. – Калеб сделал паузу и добавил: – Что мы уже делали тогда, сразу после ее исчезновения. Безрезультатно.

– Есть еще Ханна Касуэллл, – осторожно напомнила Кейт. – И, может, другие.

– Мэнди Аллард?

– Кто такая Мэнди Аллард?

– Пропавшая девушка. Но это совсем другой случай. Она ушла из дома после того, как мать запустила в нее чайником с кипятком. Некоторое время мы ею занимались, но в конечном итоге не нашли никаких доказательств того, что ее история имеет какое-то отношение к делу Саскии Моррис. Похоже, девушка просто скрывается, потому что не хочет возвращаться домой. Это понятно, учитывая обстановку в семье.

– Но по какой-то причине вы все-таки обратили на нее внимание? Что заставило вас это сделать?

Калеб покачал головой:

– Ничего. О ней можно забыть, правда. И потом, это не ваше расследование, Кейт. Мне нечем особенно хвастать, и тем не менее делом Саскии Моррис занимаюсь я.

– Это так, – согласилась Кейт.

Она хотела рассказать о пребывании Райана Касуэлла в психиатрической лечебнице, но теперь это не имело смысла. Калеб мог рассердиться. Он не желал обсуждать с ней эту тему. «Расскажу обо всем, когда разберусь сама», – решила Кейт.