«Кто бы мог подумать, Кейт, – сказала она себе, глядя на свое сияющее лицо в зеркале заднего вида. – Ты и мечтать не смела о том, чтобы все так разрешилось».

Мысли о новой работе отвлекли Кейт от дороги. Она огляделась. Ньюкасл остался позади. Кейт ехала по пустому шоссе, лишь изредка из темноты появлялись встречные машины. Вокруг расстилался однообразный, бесплодный пейзаж.

Зачем она вообще сюда приехала? Она совала нос не в свое дело, что было тем более не слишком умно, с учетом изменившихся обстоятельств. Наверное, отстраниться было бы правильнее. Дела Амели Голдсби по сути нет, как сказал Калеб. Раскрыть исчезновение Ханны Касуэлл после стольких лет, похоже, невозможно. Убийца Саскии Моррис все еще разгуливает на свободе, но Калеб и его люди сделают все, чтобы найти его. Участия Кейт, скорее всего, не потребуется. У нее хватает забот в личной жизни. Это расследование вне ее компетенции явно лишнее.

Кейт сомневалась. Она так долго ехала… И почти на месте.

Так и быть, она войдет туда. Расспросит о Райане Касуэлле и уйдет.

Чемберфилд выглядел таким же богом забытым местом, как и Трескотт-Холл, хотя и ощущался несколько по-другому. Не настолько старое здание, хотя и современным не назовешь. Мрачноватое, пожалуй. Функциональный стиль семидесятых. Но в целом все вполне пристойно и чисто. Недавно оштукатуренные наружные стены. Большие окна, конечно, пропускают много света и закрываются, скорее всего, лучше, чем в Трескотт-Холле. Перед зданием большая асфальтированная парковка с несколькими автомобилями. За ней окруженный высоким забором парк.

В Чемберфилде содержатся тяжелобольные пациенты и лица, осужденные на превентивное заключение. Кейт спросила себя, содержался ли Райан Касуэлл в этой изолированной части клиники? Такое трудно представить. Калеб узнал бы об этом сразу, когда расследовал исчезновение Ханны Касуэлл. И газеты, конечно, разнесли бы эту информацию. Так что Райан вряд ли был здесь по решению суда. Что, конечно, не исключает серьезности его заболевания.

Кейт вышла из машины. Резкий ветер пронизывал до костей, и она поплотнее закуталась в пальто. Мобильный засигналил, и Кейт открыла «Вотсапп» в надежде увидеть сообщение от Дэвида. Но это оказался Колин.

Как ты думаешь, насколько правильно мне не отвечать? Это очень удобное решение, просто молчать, после того что между нами произошло…

Кейт вздохнула и удалила сообщение. Колин, как всегда, в своем стиле.

– Между нами ничего не происходило, черт возьми! – сказала она громко.

Пересекла парковку, толкнула массивную стеклянную дверь и только после этого увидела звонок. Минуту спустя ей ответил мужской голос:

– Да?

– Детектив-сержант Кейт Линвилл, лондонская полиция.

Журналистке здесь не открыли бы и точно не предоставили бы никакой информации.

– Лондонская полиция? Скотланд-Ярд?

– Да. Впустите меня, пожалуйста.

– В чем дело?

– Будьте добры, откройте дверь.

Еще пара секунд, и раздался гудок. Кейт вошла в холл. Семидесятые, однозначно. Деревянные панели на стенах, деревянный потолок. Большие оранжевые лампы сферической формы. Зеленый линолеум. По крайней мере, здесь тепло. Хоть и пахнет каким-то моющим или дезинфицирующим средством. Химический запах, но приятный. Создает ощущение чистоты и свежести, вполне соответствующее этому месту.

Навстречу Кейт вышел пожилой мужчина, выглядевший так, будто его мучили застарелые проблемы, решить которые он давно отчаялся, но они наложили глубокий отпечаток на его черты. «Доктор Стивен Олскотт» – было написано на бейджике. Когда всю жизнь имеешь дело с психически больными людьми, поневоле будешь выглядеть как страдающий хронической депрессией.

– Сержант Линвилл?

Она показала удостоверение, на которое доктор Олскотт даже не взглянул.

– Я доктор Олскотт. Чем могу быть вам полезен?

Похоже, он не собирался приглашать ее в кабинет. Они стояли друг напротив друга в пустом холле.

– Речь пойдет о вашем бывшем пациенте, – сказала Кейт. – Райан Касуэлл.

Доктор Олскотт слегка покачал головой:

– Мы не предоставляем информации о пациентах. Врачебная тайна…

– Опасная ситуация…

– Тем не менее. Только по решению суда, да и то…

На решение суда Кейт рассчитывать никак не могла.

– Мне не нужны подробности лечения, – сказала она. – Почему он оказался здесь – вот и все, что я хочу знать. И как долго пробыл.

Доктор Олскотт грустно посмотрел на нее:

– И этого тоже я вам открыть не могу.

– Мистер Олскотт, я расследую похищение и убийство девушки. Мне нужно знать, почему Райан Касуэлл здесь содержался.

Олскотт остановился и наморщил лоб:

– Райан Касуэлл? Он не содержался здесь в качестве пациента. Он у нас работал, по хозяйственной части.

– О! – вырвалось у Кейт.

Такого варианта, при всей его очевидности, она до сих пор не рассматривала. Разумеется, Райан Касуэлл здесь работал.